«Хорошая» литература, то есть произведения, отмеченные литературоведами различными премиями или причисленные к классике, способствует развитию умения понимать эмоции и намерения других людей. Люди, читавшие рассказы Чехова, показали лучшие результаты по сравнению с читателями популярных детективов. Об этом пишет журнал Science.
Авторы исследования, специалисты из Новой школы социальных исследований в Нью-Йорке, использовали в своей работе концепцию theory of mind: устоявшегося перевода этого понятия на русский язык пока что нет, однако ряд авторов использует словосочетание «теория намерений». При этом речь идет не о научной теории как таковой, а о способности человека воспринимать переживания других людей и понимать, что другие люди тоже наделены психикой, разумом, чувствами, причем все это не зависит от психики самого носителя «теории намерений». Теория намерений это не описывающая намерения людей научная теория, а сформированное у большинства людей представление о том, как устроена психика окружающих, сообщает Lenta.ru.
Так как теория намерений является очень важным компонентом социального взаимодействия, психологи имеют в своем арсенале ряд тестов, позволяющих оценить развитие теории намерений у человека. Исследователи, о работе которых идет речь, использовали специальные опросники в опытах с добровольцами, которые предварительно читали те или иные тексты, причем ученые случайно распределили среди участников художественную литературу разного рода, а контрольная группа ничего не читала вовсе. Как показала обработка результатов, именно те, кто не читал ничего, хуже всего воспринимали выражение лиц людей на фотографиях и показывали самые низкие результаты в тесте на развитие теории намерений.
Те, кому достались выдержки из классики (рассказы Чехова или сборники лауреатов премии О.Генри) при этом обошли тех, кто читал выдержки из самых популярных по версии интернет-магазина Amazon произведений. Статистический анализ подтвердил, что эффект далеко не случаен и «хорошая» литература каким-то образом развивает теорию намерений лучше, чем «ширпортреб».
Ученые подчеркивают, что дело не в том, какие темы выбирают авторы: психологам не удалось найти связи эффекта с темой тех рассказов, которые предлагались испытуемым. Кроме того, отмечается в статье исследователей, вряд ли короткие рассказы столь уж серьезно могут пополнить опыт человека, чтобы достичь заметного в общем тесте улучшения. Скорее, предполагают авторы, речь идет о влиянии самого процесса чтения и каких-то стилистических особенностей текста. И, невзирая на не до конца понятный механизм улучшения теории намерений, ученые призывают в завершающей части своей работы не отказываться от преподавания литературы в школах США.
