«Зеленый ад» Элая Рота, который лишь спустя два года после премьеры на кинофестивале в Торонто добрался до широкого проката, заставил вспомнить скандальный итальянский псевдодокументальный хоррор «Ад каннибалов» 1980 года, к которому, собственно, американский режиссер и приобщил свою картину. Обе ленты посвящены реальному племени людоедов, до сих пор проживающему в чаще амазонских джунглей. Только если «Зеленый ад» — это политизированное, местами жутковатое, но все же в большей степени ироничное приключенческое развлечение, то «Ад каннибалов» — по-настоящему страшное, отвратительное и вместе с тем назидательное метафоричное зрелище.
В свое время проект итальянского постановщика Руджеро Деодато произвел истинный шок на зрителей. Картина попала под запрет в шестидесяти странах, что сделало ее самым «запрещенным» фильмом в мире. С тех пор, конечно, вышло множество якобы шокирующих хорроров, в том числе «Хостел» того же Элая Рота, но «Ад каннибалов» пугает по сей день. Причем даже не столько предельно натуралистичными мерзостями, сколько грубой правдой о так называемом «цивилизованном» человеке.
«Зеленый ад» преподносит «культуру» и традиции амазонских аборигенов (употреблять человечину — тоже своего рода «культура», доказано Ганнибалом), в первую очередь, как дикарство и варварство, и только потом как нечто автохтонное и историческое, что нельзя просто так взять и уничтожить. Поэтому акцент делается не столько на вандалистской вырубке леса и устранении деревни как одной из последних ячеек духовной отсталости, сколько на глупости студентов-активистов, решивших «грудью на амбразуру» защитить человекоядных туземцев. И на беспомощности и номинальности ООН, которая в ноябре 2012-го приняла резолюцию, запрещающую женское обрезание, что по факту никоим образом не помешало племенам и дальше деятельно купировать клиторы, причем не скальпелем, естественно, а какой-нибудь грязной и ржавой самодельной заточкой.
В итальянском же фильме все разворачивается с точностью до наоборот. Народ каннибалов оказывается, по сути, лишь средством, тропом, фигурой речи, с помощью которой автор пытается донести жестокость и дикость современного «культурного» человека. По сюжету некий профессор, киношник-исследователь (проекция самого Руджеро Деодато) пускается по следам четверки молодых и дерзких документалистов, которые отправились в глубь Амазонии снимать кино о людоедах, но не вернулись. Ему удается установить контакт с вождем племени и выменять ценную кинопленку, ставшую для аборигенов трофеем. Пленка запечатлела весь путь изыскателей и, главное, причины, по которым ребята стали обедом...
Еще в начале путешествия, когда ничто не предвещает трагедии, герои разделывают и пожирают огромную черепаху. Это одна из самых символичных и знаковых сцен. Поражает особая жестокость, с которой девушка и трое парней отрывают куски от еще живого животного. После этого садизм и зверства так называемых «людей искусства» растут в геометрической прогрессии. Увидев на тропе тело туземки, посаженной на кол, лидер группы гнусно ухмыляется. «Эй, ну ты чего, сотри с лица дебильную улыбку, я же снимаю!» — кричит оператор. — «Да-да, сейчас... делаю серьезную мину... Боже, какой кошмар!».
Добравшись до деревни, беспардонные визитеры начинают палить из ружей, а затем сжигают селение, совершая не просто акт вандализма, но и акт геноцида (не зря в оригинале фильм называется не иначе как «Холокост каннибалов»). Взбудораженный и возбужденный учиненным насилием лидер вакханалии, только что изнасиловавший аборигенку и испепеливший поселок, принимается в эйфории сношать свою белую подружку на глазах у друзей и сбившихся в кучу, объятых страхом дикарей.
«Так кто здесь истинный каннибал?» — задается риторическим вопросом автор. Кто здесь истинная «ячейка духовной отсталости»? Известное утверждение о том, что «человек — самое опасное животное» в картине Деодато приобретает новый, уточняющий и пугающий, смысловой оттенок. Образованный, цивилизованный человек — самое опасное животное. Развращенный властью, испорченный эволюцией, он решает, что в праве возвыситься над себе подобным и устроить пекло любому, кто слабее физически или умственно. Причем этот акт унижения, истязания или убийства неизменно вызывает эрекцию.
Студенты-киношники из «Ада каннибалов» проникают на чужую территорию и под видом «привнесения порядка», «акта просвещения» измываются и истребляют другой народ, демонстрируют силу и навязывают ему свой извращенный устав. А лидер при этом испытывает стояк и ощущает себя альфа-самцом. Никого не напоминает?..
