Одним из промежуточных результатов политического кризиса — кроме падения с постамента Ленина и падения курса гривны — стало усиление антагонизма между Юго-Востоком и Западом Украины.
Если в Луганске и Одессе власти картинно баррикадируют административные здания в ожидании атаки «бандеровцев», то во Львове в соцсетях и в СМИ пишут о том, будто в местных маршрутках разъезжают залетные «титушки», которые специально провоцируют драки.
Усиление антагонизма между Востоком и Западом вполне закономерно. Виктор Янукович строил на этом свою избирательную кампанию в 2004-ом. И теперь его сторонники опять не придумали ничего лучшего, как пугать «схидняков» фашиствующими «западенцами»...
Однако дело не только и не столько в плохой власти. Ведь в течение последних 20 лет почти не было политиков, которые старались бы как-то нивелировать противоречия между регионами. Зато более чем достаточно было и остается тех, которые на этом антагонизме спекулируют в своих мелкотравчатых интересах. Украина далеко не уникальна в том, что жители одного региона недолюбливают жителей другого. Однако мало в какой стране на этой проблеме столько спекулируют в корыстных целях.
Вообще, многие современные нации имели несколько центров кристаллизации государства. В ХІХ веке промышленный Север США победил аграрный Юг, Италию объединил оборотистый Пьемонт, Германию — воинственная Пруссия. России повезло во многом решить эту проблему еще в средневековье. Москва начала создавать единое и неделимое государство с того, что расправилась с конкурирующей Тверью и «господином Великим Новгородом», который вообще держался в стороне. Впрочем, проблем с единством в РФ до сих пор хватает: одни россияне искренне считают, что «хватит кормить Кавказ!», а другие, что «Москва — не Россия»…
Однако Украина в данном вопросе имеет свои особенности. Дело в том, что американцы, итальянцы, немцы и русские прежде всего во внутренней борьбе определяли центр, вокруг которого нарастало их государство. В Украине лидирующий регион вовремя так и не определился. Не хочу обидеть галичан, но с миссией стать «украинским Пьемонтом» они не справились. Думаю, о Донбассе, жителей которого едва ли не вся страна благодарит за президента — и говорить не приходится.
Мне приходится следить за работой парламента, и могу со всей ответственностью заявить, что там до последнего времени очень редко всерьез обсуждались насущные для всех проблемы: коррупция, отсутствие честного правосудия и произвол правоохранителей, бедность и деградация системы здравоохранения… Зато громче всех кричали и вообще задавали тон бойцы «историко-языкового фронта» вроде Вадима Колесниченко и Ирины Фарион.
Глядя на них, в качестве средства устранения проблемы предлагают федерализацию. Однако отказ от унитарности поможет решить разве что гиперболизированные ими виртуальные сложности. Однако при этом Галичина и Донбасс никуда не денутся от вышеперечисленных проблем, общих для всего государства!
Впрочем, в современных границах Украина — по историческим меркам — существует не так уж и долго: Крым перешел под юрисдикцию Киева всего каких-то 60 лет назад. Так что еще успеем определиться, если региональные особенности будут в моде. А до того времени политикам стоило бы хоть иногда вспоминать о том, что нас объединяет.
