События, произошедшие 2 мая 2014 года в Одессе, оставили неизгладимый след в истории современной Украины. В тот кровавый день в местном Доме профсоюзов заживо сгорели несколько десятков человек.
Расследование длится до сих пор. При этом даже те подозреваемые, которых удалось найти, были отпущены на свободу.
Ситуация, которая сложилась в тот роковой день, не возникла на пустом месте — она «подогревалась» давно. Первые потасовки между активистами произошли еще 19 февраля.
Тогда представители Евромайдана провели акцию против применения милицией оружия к сторонникам Революции достоинства. На активистов напали около 100 антимайдановцев, одетые в шлемы и маски и вооруженные бейсбольными битами.
Со временем ситуация значительно обострилась — пророссийские акции устраивались все чаще, а потом сепаратисты заявили о преобразовании Одессы в «Новороссию». Началось все в центре Одессы на улице Греческая — в ходе первых столкновений использовались дымовые шашки, петарды и камни.
Тогда же появились и первые жертвы. Со временем противостояние все набирало ход — сторонники Евромайдана и их пророссийские оппоненты применяли коктейли Молотова, самодельные взрывные устройства, огнестрельное, травматическое и пневматическое оружие.
Активисты Евромайдана двинулись дальше — на Куликово Поле, где стоял лагерь противника. Последние сначала пытались забаррикадироваться и удерживать лагерь, но быстро поняли, что держать оборону у них не выйдет. Тогда было принято решение укрыться в Доме профсоюзов и забаррикадировать дверь уже там.
В результате попыток активистов Евромайдана проникнуть в здание, та самая баррикада на входе и загорелась. Дым вместе с огнем проникал в здание, относительно незадымленный участок был лишь на лестницах, там люди и укрывались. Однако это сыграло с ними очень злую шутку — когда воздух прогрелся достаточно, лестницы превратились в подобие трубы в печи. Огонь распространился очень быстро, не оставляя шансов людям.
За время столкновения погибли 48 человек, из них при контакте с дымом и пламенем — 32. При этом всех поразило бездействие спасателей — они прибыли на место после 20:00, когда здание уже догорало, а люди погибли.
Изначально уголовное производство было открыто милицией Одессы, но через три дня его передали в Киев следственному управлению МВД. В отдельное производство выделили обвинение против 20 антимайдановцев: их обвинили в беспорядках на улице Греческой.
После этого из «общего» уголовного производства выделяли еще много отдельных по некоторым эпизодам и людям. Расследование велось по трем направлениям: беспорядки в центре Одессы, халатность милиции и небрежность Государственной службы по чрезвычайным ситуациям. Гибель людей в Доме профсоюзов и виновные в ней отошли на второй план.
Выдвинуты обвинения были против некоторых высокопоставленных должностных лиц, например, против экс-главы УВД области Петра Луцюка и экс-главы областного ГосЧС Владимира Боделана. Чиновников ГосЧС обвинили в запрете выезжать на вызовы в Дом профсоюзов.
При этом множество обвинений выдвинули против самих участников столкновения: в основном, антимайдановцев.
Петр Луцюк находился под домашним арестом, но в 2015 его освободили, Владимир Боделан и его заместитель, Дмитрий Фучеджи, в розыске. Второй заместитель Боделана, Руслан Великий, был взят под стражу, но после освобожден из-под ареста.
Относительно активистов дела тоже шли не слишком быстро. Самые тяжелые обвинения были предъявлены Сергею Ходияку — убийство и нанесение тяжких телесных повреждений сотруднику правоохранительных органов. Его дело выделили в отдельное производство, но Печерский районный суд Киева сначала освободил его под домашний арест, а когда мера пресечения закончилась, продлевать ее не стали.
Освободили из-под ареста еще нескольких «майдановцев», в их числе Всеволод Гончаревский и умерший в 2015 году «сотнык Мыкола», а также 19 пророссийских активистов.
Конкретно в деле о пожаре в Доме профсоюзов обвиняется один человек — пророссийский активист Юрий Трофимов, которого еще в 2014 году обменяли на украинских военнопленных, поэтому судят его заочно. Официальное расследование по делу продолжается до сих пор.
