Семьи погибших в бою не получают выплаты за гибель из-за того, что бойцы считаются пропавшими без вести, а зарплату бойцов не получают, потому что причины исчезновения не установлены, хотя есть видео боя.
После обнародования видео кровавой атаки бойцов 56-и бригады на Пески мужественного и опытного воина, ко мне обратилась Татьяна Липитенко — мама одного из бойцов, 27-летнего Михаила Липитенко, разведчика бригады, мужественного и опытного воина.
Она попросила вмешаться в бюрократическую разборку. Бойцы, не вернувшиеся из той атаки, и чьи тела не были эвакуированы, признаны пропавшими без вести.
Семьи с детьми не получают деньги — ибо пропавший без вести приравнивается, фактически, к самовольному оставлению части. И ни денег за погибших, ни плату за живых семьи не имеют.
Считаю необходимым, чтобы Минобороны и ВСУ навели порядок в работе с семьями пропавших бойцов. Им нужно внимание и нужно определить особый статус — «пропал без вести при выполнении боевого задания из-за невозможности эвакуации», чтобы все выплаты сохранялись.
Ибо нельзя относиться к воину как к самовольно оставшему часть.
Это должно означать, что воин отправился на боевое задание, и ответственность за его возвращение — на его командирах, он остается на задании, если не признано другое. И все, что должно принадлежать бойцу и его семье, должно выдаваться. Через определенное время, например 6 месяцев, если данных о пребывании нет, командование должно принять решение о статусе бойца или считать его погибшим.
А пока такого решения нет — семья должна получать средства.
Прошу народных депутатов рассмотреть вопрос и определить эти процедуры в законном порядке. Ибо счет пропавших идет на тысячи.
