Главное: Все время советской власти прошло под знаком тайных служений литургии. За такие богослужения можно было быть арестованным.
Детали: Как сообщает Центр информации УПЦ, об этом рассказал священник Андрей Гавриленко для портала «Православная жизнь».
«Священник готовящийся к литургии читает молитву святителя Амвросия Миланского, в которой есть слова ходатайства о себе, о всех причастниках, о Церкви и о всех умерших Её чадах. Невозможно представить себе, что проживал, читая эту молитву в тридцатые годы, исповедник митрополит Арсений (Стадницкий), который служил литургии на кладбище под открытым небом у часовни в связи с закрытием всех храмов Ташкента. Сюда на службу стекалось до двадцати тысяч верующих из всей округи. Кладбище заполняли верующие стоящие на костях предков», — сказал иерей Андрей.
Он подчеркнул, что за такие богослужения можно было быть арестованным. «К примеру, при совершении тайного всенощного бдения на квартире в 1937 году был арестован сщященномученик Сергий Голощапов. В обвинительном заключении было сказано: „Имел при себе церковное облачение и тайно ходил по домам, совершая религиозные обряды, и вместе с тем вел контрреволюционную агитацию“. К слову заметим, что будущий священномученик принял священный сан после беседы со святителем Тихоном в 1920 году, а о службе он говорил: „Не любить богослужения невозможно, не увлекаться им — немыслимо“», — рассказывает священник.
Священник Андрей Гавриленко напомнил о том, что все время советской власти прошло под знаком тайных служений литургии.
«Её Господь помогал совершать и в лагерях, и в ссылках, и в тюрьмах. Стоит только вспомнить литургии в начале двадцатых в Бутырках. Сергей Фудель в «Воспоминания» описывал обстановку: «В нашей камере, кроме длинного общего стола, был еще маленький столик в простенке между окнами, служивший престолом для совершения литургии. В камере был антиминс и сосуды, конечно жестяные, было одно холщовое священническое облачение, несколько маленьких икон, свечи и даже настоящее кадило и ладан. Забота о кадиле лежала на мне, и вот, пристроившись к коридорным дежурным по раздаче утренней или вечерней еды, я спускаюсь с ними и с кадилом в тюремную кухню, и кто-нибудь из поваров с особым каждый раз удовольствием на лице вытаскивает мне из громадной печи самые отменные угли. В камере было при мне временами до пяти архиереев и по нескольку священников. Они служили по очереди, не каждый день, но довольно часто. Иногда на служение пускались гости и из других камер. Пели почти все — это, значит, человек двадцать, — и каменные своды старой тюрьмы далеко передавали божественные песни», — продолжил отец Андрей.
Не следует думать, отмечает священник, что если служили литургии, то в это время была все демократично в тюрьме. «В бутырках в это же время на допросе будущему Одесскому митрополиту Анатолию (Грисюку) сломали челюсть и несколько рёбер. Не было еще такой всеобщей атеистическо-репрессивной настроенности тюремного начальства», — подчеркнул он.
«Десятилетие спустя на тайных службах только и стояла Церковь. Преподобный Севастиан Карагандийский по ночам служил литургию в домах Караганды. Необходимо было закончить до рассвета. Оконные проемы завешивались одеялами и заставлялись матрасами. Служили в разных домах. И передвигались по одиночке, чтобы не привлечь подозрений. Такая конспирация была даже в 1970-е — 80е. Тайный священник и явный ученый-геолог Глеб Каледа, который служил у себя в квартире рассказывал, что необходимо было служить в средней комнате. По боковым включали приемник, а в ванной кран, чтобы ни один возглас не слышен был соседям и прохожим», — рассказывает иерей Андрей Гавриленко.
По его словами, удивляет «вера в литургию» новомучеников, вера в силу Евхаристии и в Животворящую Тело и Кровь Спасителя.
«Священномученик Фаддей (Успенский), в годы гражданской войны управляющий Волынской епархией. А был переведен на Владикавказскую кафедру в связи с болезнью епископа Антонина (Грановского). Каждый день после службы он приносил больному архиерею просфору и святую воду и подолгу утешал его, сидя у кровати. Когда тот заговорил о своей скорой смерти, священномученик Фаддей ответил: „Вам бы, Владыка, надо послужить литургию, причаститься, и выздоровеете“, взял его за руку и поднял с постели. Утром епископ Антонин поехал в собор, отслужил литургию, причастился — и выздоровел», — продолжил священник.
Как отмечает отец Андрей, литургии новомучеников, это великое проникновение в Тайну, за завесу Святого Святых, где трепет и молчание, и жизнь с Богом. «Священномученик Василий (Зеленцов), епископ Прилукский, учил паству молиться так, чтобы никого и ничего не замечать во время молитвы, он вводил общенародное пение во время служб, проводил духовные беседы после воскресных литургий», — сказал он.
«Мы можем видеть только отблеск того, что Господь открывал о Евхаристии нашим страдальцам. Они начали Евхаристическое возрождение ещё до богословов эмиграции. Именно наши новомученики, стоя на Голгофе своих страданий за Христа, могли проникнуть в Тайну Самой Голгофской Жертвы, которая осуществляется в литургии», — подытожил священник Андрей Гавриленко.
В тему: Церковь создала в сети базу данных с 250 тыс имен дореволюционного православного духовенства.
