Любой бизнес нуждается в стабильности и защите своих собственных интересов. Когда правоохранительные органы, призванные обеспечивать эту защиту, не справляются с обязанностями, пострадавшая сторона вынуждена отстаивать свои права в суде. Если же нарушение прав граждан становится системным, тогда это становится опасным сигналом для всего общества.
О действиях Генеральной прокуратуры Украины, касающихся защиты прав бизнеса, изданию «Фраза» рассказал вице-президент Союза адвокатов Украины Петр Бойко.
– Вы – практикующий адвокат и Вы постоянно имеете дело с правоохранительными органами. Как можете охарактеризовать их деятельность на сегодняшний день?
Петр Бойко (П. Б.): – На эти органы законом возложены определенные обязанности, которые должны выполняться. Но сейчас мы наблюдаем обратное. Вместо того чтобы бороться с преступниками, Генпрокуратура в ряде случаев покрывает преступления. Я считаю, что если правоохранительные органы не выполняют свои, предусмотренные законом функции, это уже вопрос не отдельно взятого человека, а вопрос национальной безопасности.
– Вы могли бы привести конкретные примеры?
П. Б.: – Примером может послужить то, как ГПУ отреагировала на конфликт в ООО «Фокстрот». Когда один из его учредителей, Владимир Шульга, увидел на примере черкасского ООО «Фокстрот-Инвест», что его деньги, долю бизнеса крадут путем подделки его подписей на документах, он подал заявление о совершении преступления, а прокуратура сделала все возможное, чтобы дело закрыть. Речь там шла о хищении имущества в особо крупных размерах – около $2 млн., которая отошла односторонне к его партнеру Геннадию Выходцеву. А это уже должно расцениваться как особо тяжкое преступление по Ст. 191 Ч.5 Уголовного кодекса. Там предусмотрено наказание до 12 лет лишения свободы. Что делает Генеральная прокуратура: первоначально она разделяет заявление потерпевшего на две самостоятельные части, по которым отдельно проводится проверка прокуратурами г. Киева и г. Черкассы. Потом, как по волшебству, в разных прокуратурах одновременно следует отказ в возбуждении уголовного дела. Через суды и путем различных обжалований постановления об отказе в возбуждении уголовного дела были отменены. Но что дальше? В прокуратуре г. Киева, несмотря на решение Апелляционного суда, никто уголовное дело спустя два месяца так и не возбудил. Что само по себе противозаконно. А в Черкассах, когда дело начало сдвигаться с мертвой точки, и следствие смогло получить комиссионную почерковедческую экспертизу, прямо указывающую на подделку документов, практически мгновенно, дело из прокуратуры г. Черкассы было истребовано. Не догадались еще кем? Генеральной прокуратурой Украины. А передано, знаете куда? В Черниговскую транспортную прокуратуру! Подальше от места преступления, от свидетелей и т.д. Коль нет стыда, то проще было бы похоронной службе ГПУ отправить дело в крематорий, а там – сжечь. А теперь скажите, радеет ли ГПУ за законность и действительно ли она борется с преступностью?
– Почему очевидное для Вас уголовное преступление против г-на Шульги не получило соответствующую оценку?
П. Б.: – Наверное, за этими абсурдными действиями стоят деньги другой стороны – той, которая не хочет развязки. На этом примере мы видим, что Генеральная прокуратура Украины превращается в большое кладбище, где хоронятся все уголовные дела: имеющие резонанс и не имеющие его. Для себя я прихожу к выводу, что ГПУ потихоньку становится рьяным защитником преступников, и мы, адвокаты, уже не можем с ней конкурировать. За последнее время Генеральная прокуратура превратилась в АО закрытого типа. Она стала замкнутой корпоративной системой, где работают деньги: чтобы возбудить уголовное дело и чтобы закрыть его. И это проблема не только Шульги, а всей Украины.
– Расскажите, пожалуйста, подробно о том, как происходило нарушение прав собственности Шульги?
П. Б.: – Когда Георгий Дигам пришел на должность директора ООО «Фокстрот», он был обыкновенным менеджером. Но в 2002 году он уже выступил активным участником передела собственности, примкнув к Геннадию Выходцеву и Валерию Маковецкому – партнерам Владимира Шульги. Те втроем регистрируют ООО «Группа компаний «Фокстрот»» и Дигам дает разрешение на использование торговой марки «Фокстрот» со стороны «Группы компаний Фокстрот». В новом предприятии он уже выступает соучредителем и фактически передает все бренды и торговые марки, зарегистрированные на «Фокстроте», на «Группу компаний Фокстрот», то есть, себе. Таким образом, он становится учредителем двойника «Фокстрота» – «Группы компаний Фокстрот».
– А зачем нужно было совершать какие-то махинации?
П. Б.: – Посудите сами: капитализация одного только бренда «Фокстрот – техника для дома» составила более $1 млрд.
– Могли бы Вы привести другие примеры похожих конфликтов? Чем обычно такие конфликты заканчиваются?
П. Б.: – Помните, как развалился «Градобанк»? – Он поссорился с «Антарктикой» всего-навсего из-за $5 млн. И Виктор Жердицкий, президент банка, дал команду: выключить все компьютеры и заблокировать все расчеты на неделю, чтобы не списали эти $5 млн. Не потому, что у него их не было, а потому что у него были амбиции: «Антарктика берет эти $5 млн. не заслужено». Когда клиенты поняли, что их платежи не идут, они начали забирать свои деньги и разбегаться. Так исчез «Градобанк» – в то время банк №1 в Украине.
– Что, по Вашим прогнозам, должно случиться с «Фокстротом»?
П. Б.: – Потребитель может и не почувствовать этот конфликт. Шульга понимает, что любые нападки на компанию грозят ей серьезными экономическими последствиями – конкуренты могут быстро подвинуть «Фокстрот» и занять на рынке лидирующие позиции. Проблемы могут возникнуть, если Шульга, например, потребует раздела общего имущества через суд. Его требования вполне законны – у него 33% как у соучредителя компании. Тогда суд наложит арест на все имущество компании до выяснения всех обстоятельств. Это заблокирует работу «Фокстрота» по всей Украине. И тогда конфликт разорвет «Фокстрот». Если конфликт не будет разрешен, «Фокстрота» не станет.
– Какой выход из сложившейся ситуации Вы видите?
П. Б.: – Остается верить, что Генеральная прокуратура вспомнит о своих прямых обязанностях, и будет открывать уголовные дела при наличии состава преступления. Тогда и я, как адвокат, и вы, как обычный гражданин, будете уверены в том, что, обращаясь в государственные органы, Вы сможете рассчитывать на адекватную реакцию и надлежащее к Вам отношение. За это мы платим налоги, из которых они получают потом зарплату.
