Исполнительный директор Фонда гражданских свобод (Бориса Березовского) Александр Гольдфарб говорит, что знает, о чем говорили Ющенко и Березовский, считает майора Мельниченко лжецом и думает, что к отравлению нынешнего Президента Украины причастны российские спецслужбы. Об этом и многом другом он рассказал в интервью корреспонденту «Фразы».
Господин Гольдфарб, вы принимаете участие в расследовании убийства Георгия Гонгадзе…
Мы не принимаем непосредственного участия. Мы время от времени передаем следователям информацию об этом деле, которая к нам попадает. Например, пленки Мельниченко, и все такое.
Насколько я понимаю, продвижения этого дела можно ожидать, когда поймают Пукача, или когда Генпрокуратура Украины добьется показаний от Мельниченко, или когда кто-то еще расскажет, как все-таки производилась запись Кучмы в его кабинете.
Какую информацию вы недавно передали в Генпрокуратуру?
Несколько человек прислали нам электронные письма с информацией, касающейся «дела Гонгадзе», но мы не можем эту информацию оценить, поэтому и передали ее в ГПУ.
Фонд государственных свобод не пробовал определить местонахождение Пукача?
Нет. Единственное, что мы пытались неофициально сделать – попытались найти в Португалии человека по имени Савченко (один из приближенных Мельниченко – ред.). Мы однажды послали ему деньги. В 2002 году, когда мы еще общались с Мельниченко, он попросил передать ему чек на имя Савченко. Потом этот чек был предъявлен к оплате в Португалии, и мы попытались этого человека найти. Но у нас не получилось.
Хотели проконтролировать использование ваших средств?
Нет. Мы хотели узнать его местонахождение, поскольку он является очень важным свидетелем. Мы полагаем, что он был в команде Мельниченко.
Вы заявляли, что расследование приостановилось еще и потому, что в ГПУ не знают, кто все-таки заказал прослушивание кабинета Леонида Кучмы?
У нас есть такая же информация, как и у всех. Совершенно очевидно то, что Мельниченко был не один. Это факт. Он не мог, и он не в состоянии был сделать это все сам. У него не было никаких мотивов. Там была группа, команда. Савченко один из этой группы. Если была группа, значит, кто-то это все заказал и организовал. Это логический вывод. Также, хочу отметить, что прослушка прекратилась сразу же после исчезновения Гонгадзе, буквально, через 5 дней.
Как утверждают многие, и насколько я знаю (кстати, следствие это подтвердило), монтаж фрагментов по Гонгадзе начался на следующий день после исчезновения Георгия, тогда еще никто не знал, где он. Отсюда версия – те, кто прослушивал Кучму, имеют отношение к убийству. Версия вполне правдоподобная. Прояснить ее могут Мельниченко, и те, кто с ним был.
Какое отношение к этому может иметь лидер украинских социалистов Александр Мороз?
Понятия не имею. Знаю, что он получил пленку, и огласил ее. Какое он имеет отношение – вопрос не ко мне.
Когда вы контактировали с Мельниченко, он никогда не говорил о своей команде?
Нет. Мельниченко всегда говорил - мне, во всяком случае - что он это делал сам, в одиночку, из альтруистических соображений. Я ему говорил: «Микола, не вешай мне лапшу на уши». Такой разговор у нас был много раз.
По вашему мнению, почему сейчас Николай Мельниченко скрывается от сотрудничества с Генеральной прокуратурой Украины?
Я думаю, он не хочет рассказывать правду, а именно – кто устраивал прослушку. А может он боится… Либо ему заплатили за молчание. Но, очевидно, что он скрывается от дачи показаний, потому что, то, что он говорит – неправда, а по какой причине он ее распространяет, он сказать не хочет.
Как вы думаете, захочет ли Мельниченко сказать правду уже при новом Генеральном прокуроре?
Не знаю, но сомневаюсь. Я думаю, если бы он хотел сказать правду, то он бы ее сказал уже давно. Здесь дело не в том, кто Генеральный прокурор, а в том, что у него есть очень сильная линия обороны. Микола нашел политическое убежище в Америке, и на него распространяется 5 поправка, в которой сказано, что никто не может свидетельствовать против себя. Он находится в руках американцев, и украинцы могут до него добраться только через американские власти. В Америке Мельниченко, это мне доподлинно известно, говорит: «Не буду я давать показания. Во-первых, у меня убежище, во-вторых – у меня есть поправка». Это все может длиться бесконечно. И украинская прокуратура в этом не виновата.
Другое дело – если американцы захотят это дело сдвинуть с мертвой точки, они могут на него нажать на законных основаниях.
Вы заявляли, что Фонд начал финансирование фильма об убийстве Гонгадзе и отравлении Ющенко. Вы уже обсуждали с режиссером сюжет будущей картины?
Нет. Режиссер Андрей Некрасов сделал очень неплохой фильм про взрывы домов в Москве в 1999 году. Он к нам пришел и попросил денег на предварительную подготовку фильма о Гонгадзе и Ющенко. Эти два загадочных преступления, которые повлияли на ход политических событий, очень похожи на то, как взрывы домов в России начали новую чеченскую кампанию, в результате которой к власти пришел Путин. Есть параллели.
Поэтому, Некрасов попросил профинансировать фильм, просил - больше чем сто тысяч. Мы сказали, что дадим ему деньги.
Господин Гольдфарб, возможен ли вариант использования этого фильма в предвыборных целях?
Я, честно говоря, не думаю, что Некрасов успеет до выборов снять этот фильм, это не так и просто. Это надо его спросить.
Вы неоднократно заявляли, что, возможно к отравлению Ющенко причастны российские пресс-службы…
Моя уверенность основывается на том, что российские спецслужбы, во-первых, умеют это делать. Это вам скажет любой эксперт. Почитайте статьи господина Володарского.
Во-вторых, у них есть ресурсы, например – диоксин, и все остальное.
В третьих, они пользуются такими методами в экстраординарных случаях.
В четвертых, то, что в Украине происходило - для России было очень важным.
В пятых, Юрий Щекочихин (российский оппозиционный журналист – ред.), смерть которого многие считают отравлением, имел такие же симптомы, как и у Ющенко, только последний выжил.
Я признаю, что все это косвенные вещи, но в совокупности они дают основания для серьезных предположений и обвинений.
Известна ли вам реакция Березовского на слова Ющенко о том, что он никогда с Березовским не общался и не виделся?
Этот вопрос, конечно не ко мне, а к ним обоим, пусть разбираются сами. Но мне доподлинно известно, что Березовский с Ющенко говорил по телефону, когда Ющенко был в австрийской клинике. И, собственно, Березовский уговорил его не сдаваться, а садится в самолет, и лететь на митинг во Львов.
А, что, Ющенко уже собирался сдаваться?
Ну, вот такая была ситуация. Понятно, он был в очень подавленном состоянии, и в психологическом, и в физическом. У них состоялся очень длинный разговор, и Березовский его уговаривал не сдаваться, приводил в пример Ельцина. Который после инфаркта стал танцевать на сцене, несмотря на то, что это была прямая угроза его жизни. Он говорил Ющенко, что если он сойдет – другие займут его место. И после разговора – Ющенко полетел во Львов.
А встречался ли Ющенко с Березовским лично – я не знаю.
