Во-первых, хочу сказать, что подтвержденных данных на сегодняшний день у меня нет. С другой стороны, практика принятия секретных постановлений и даже заключения секретных соглашений для нынешнего Кабмина не является такой уже беспрецедентной. Поскольку газовые соглашения с Россией были заключены в таком же засекреченном режиме от народа, от общества и от парламента. Если бы не «Зеркало недели», то никто бы и не знал о тайных соглашениях, подписанных ночью. Поэтому методом аналогии, конечно же, можно вполне допустить, что какие-то решения продолжают приниматься в секретном режиме. Я считаю, что это недопустимо, потому что критерий демократизма того или иного государства – это уровень прозрачности власти и возможности общества контролировать действия власти. В данной ситуации, если такой факт подтвердится, то, я считаю, что это будет просто вопиющий факт. Во-первых, потому что принимается секретное постановление. Я не готов утверждать, но если подтвердится данная информация, то, конечно же, это подкуп Конституционного суда. Тут другого слова найти невозможно, просто невозможно.
Почему? Потому что понятно, что сейчас существуют много проблем во взаимоотношениях между ветвями власти. Это естественно. Идет отшлифовка новой видоизмененной политической системы, после введения в действие с 1 января 2006 года известных изменений в Конституцию. Поэтому решать эти вопросы в свою пользу, а не в пользу права и демократии с тем, чтобы Конституционный суд был заангажирован, то это худшее проявление авторитаризма.
Конечно же, мы не можем утверждать, что этот факт действительно есть, но, я думаю, что все заинтересованные лица, в том числе и службы, должны его расследовать. Кроме того, я убежден, что Кабинет министров, если это постановление было принято в секретном режиме, обязан это постановление опубликовать и изменить его статус, чтобы это стало известно обществу, чтобы общество могло адекватно оценить не декларации и.о. премьера и и.о. министров, а реальные дела. К тому же, мне кажется, что такими вещами должны заниматься правоохранительные органы, поскольку тут налицо стремление заангажировать институт независимой ветви власти – Конституционный суд.
Если подтвердится информация о том, что представитель секретариата КСУ ходил по санаторию и смотрел «свои» объекты, которые попали в его ведение, то это говорит о том, что он не готов и не хочет быть объективным.
Если этот факт подтвердится, то это просто верх цинизма и кощунства – отдавать детские лечебные заведения институтам власти. Кроме того, что речь идет о стремлении заангажировать независимую ветвь власти для решения вопросов в свою пользу, так речь идет еще о том, что отдаются детские санатории. Сегодня, когда уровень здоровья детей очень низкий, делать такие вещи могут только бессовестные люди.
