16 мая российская «Новая газета» опубликовала расследование Галины Мурсалиевой о группах «Вконтакте», пропагандирующих подростковый суицид. Статья прогремела, правда, направление, которое приняло обсуждение, автору этих строк показалось неуместным: и автора, и газету стали обвинять в том, что они накликают новые ограничения на использование социальных сетей.
Неуместность здесь двоякая: во-первых, свобода слова в России отсутствует давно, и снявши голову, по волосам не плачут, а во-вторых, вряд ли стоит приплетать политику к рассказу о злодействе настолько жутком, что сам король ужасов Стивен Кинг, вероятно, долго раздумывал бы, прежде чем написать роман по мотивам истории о «китах, плывущих вверх».
Лично автор почувствовал в этой обсессивной истории прямое и яркое проявление того, что описывал в эссе «Антиутопия-2030 или конец эпохи рацио» ровно два года назад. Тогда сила сетей столь красноречиво проявила себя в качестве коллективного и безличного политического организатора, а визуальный ряд как в кинематографе, так и в новостном потоке начал все чаще демонстрировать «большие пространства», на которых происходят языческие церемонии.
Я писал: «Научно-технический прогресс, в силу человеческой природы, преломляясь сквозь последнюю, усиливает иррациональный тренд в человеческой культуре». В случае с «китами» технологии вовсе не способствовали повышению интеллектуального потенциала, эти два явления оказываются вообще «развязаны» между собой в пространстве. Поражает, кроме прочего, запредельный цинизм многих комментаторов этого инцидента (ничего себе «инцидент» — 130, если не больше, детских самоубийств!), указывающих на то, что подростковый суицид «был всегда», что это, мол, повторение «синдрома Вертера».
С непонятным упорством игнорируется то обстоятельство, что эта серия суицидов была сознательно организована («это убогая теория заговора!», «из-за сообщений в группе самоубийств не совершают!», «это же дети!» — по поводу инициаторов). Похоже, людям трудно осознать материальность зла и то, что оно может прятаться за детским лицом, между тем в вышеуказанной статье я писал: «Мир остановился на полпути в матрицу — потому что встретился с вышедшим из нее собственным коллективным бессознательным. Наступило время, когда бездне надоело смотреть на того, кто в нее заглядывает, поскольку, в отличие от прошлых веков, этих очей теперь миллиарды. Вот она и решила познакомиться с нами поближе».
В то, что зло может иметь симпатичное юное лицо, лично мне почему-то поверить гораздо легче в силу прошлого преподавательского опыта и, впоследствии, профессиональной и политической работы с молодежью. Часто вообще возникает впечатление, что та же «освобожденная от идеологии» (лично я считаю, что такая школа является мифом — свято место пусто не бывает, что-то на месте идеологии имеется всегда, например, цинизм) школа на поколениях 90-х и 2000-х не оставила следа.
Эти поколения в смысле неких внутренних базовых ценностей часто представляют собой tabula rasa, они льнут к авторитетам (но если разочаровываются в них, уличив во лжи, — жди беды), иными словами, они неустойчивы и довольно легко манипулируемы. Один коллега по партийно-организационной деятельности как-то сказал мне: «Они еще нам покажут». Это врезалось в память и сразу же вспомнилось во время прочтения расследования Мурсалиевой. У них отсутствует некая встроенная линейка — консервативных или социалистических установок, если совсем упрощать. Конечно, некие базовые возрастные черты и характеристики существовали всегда, и разница между поколениями может выглядеть иногда трудноуловимой и смазанной...
...Но не для ловкого манипулятора, профессионала-психолога или талантливого самородка, которыми, несомненно, являются «герои» (или один из них, или кто-то, кто стоит в тени) этого триллера — «Филипп Лис», «Море Китов», «Мирон Сетх» и 13-летняя (!) омская школьница «Эва Рейх». А ведь, скорее всего, им ничего не будет — одним по возрасту, другим потому, что доведение до самоубийства очень трудно доказать. Максимум — «детей» подержат на наблюдении психиатра, кому-то дадут условное.
Видите ли, рациональный выигрыш от организации групп, подталкивающих заблудшие души (вот здесь к месту определить жертв таким образом без кавычек) к самоубийству — слишком уж мизерен, нагнетание посещаемости, распространение брутальных видео, скорее всего, постановочных, вот все это «не то». Явственно читается иной замысел за этой кошмарной историей, рациональность другого рода... Сначала это и впрямь могло быть игрой (как и объясняет, невинно хлопая глазками, девочка из Омска), а когда игра начала набирать обороты?
«Взрослые», обсуждающие публикацию, преимущественно упускают эту другую рациональность. Но, возможно, чтобы ее увидеть, необходимо обладать таким опытом?
Речь идет о бешеном, ни с чем не сравнимым, опустошающем и изматывающем (посмотрите, в каких развалин превращаются отошедшие от дел политики) «кайфе» от власти над другими, полученной при помощи манипулирования. Конечно, это определенная патология психики, проявление порочности. Но ведь оно так разрушительно проявляется в «пятом измерении», а в «реале» это тихие, застенчивые, молчаливые подростки? И еще цитата: «...разрушение массового рацио, перезапись компьютерной игры на реальный материал жизни».
Переписка в этих группах не оставляет сомнений в том, что с некоторого момента эта милая компания действовала вполне сознательно, наработав алгоритм — самостоятельно или почерпнув что-то из арсенала сайентологов (временами аналогия бросается в глаза — просто один в один, если речь о выявлении внушаемых или склонных к суициду лиц). В свое время доводилось изучать подробные методички как тоталитарных, так и коммерческих сект...Но вот с «распределенной» сетью тех, кто извлекает удовольствие от власти над сознанием ребенка и его страданий («троллем» нового уровня, протягивающим когтистую лапу из экрана ноутбука, а проще говоря, старым знакомцем вампиром), мы, кажется, сталкиваемся впервые.
Массовая культура последних десятилетий если и не оправдывает зло, то делает его привлекательным, обладающим своей правдой. Одиночество человека, пресловутое «одиночество в сети», среди миллионов «блуждающих огоньков» в социуме, разъеденном моральным релятивизмом, подталкивает его в объятия этого зла, нацепившего маску сострадания. Равно как явная неудача последних романов Виктора Пелевина (а уж кто-то из организаторов «китов» явно его читал — мистические проповеди о «перемене тел», равно как и создание агрессивных тайных символов на основе логотипов брендов белья, эти идеи из подобной литературы), «дело китов» является жутким свидетельством завершения эпохи постмодернизма в мировой культуре.
Это парадный выход зла, облеченного в плоть, из сети в реал.
Можно ли бороться с этим злом? Можно, конечно, пытаться, и этим заняты подвижники в среде учителей, иногда священников. Однако их усилия — важная, но всего лишь капля в море. Социум будет сопротивляться по-другому: на смену постмодернизму постепенно приходит новый героический жанр, новый классицизм и романтизм. Это проявляется и в том, что наступил период тектонических революционных потрясений, возвращающих к жизни необходимость подлинных, принципиальных жертв, а не жертв, вызванных иллюзией бессмысленности бытия, на которой паразитируют такие цифровые вампиры, как создатели «групп смерти» или вербовщики фанатиков. Но на сегодня хороших новостей нет и быть не может, ибо в таком преломлении контролировать сферу коммуникаций вообще невозможно.
И пока социум завершит реорганизацию на новых основаниях и выработает иммунитет к новому вампиризму, стоящая у штурвала выплывшего из виртуальности корабля призраков (это образ из «Дьюма-Ки», одного из наиболее впечатляющих произведений Кинга) хозяйка «избавительной смерти» Персефона еще успеет собрать немалую кровавую жатву...
