В Европе тяжело найти государство, которое бы привлекало к себе такое внимание на протяжении последних лет, как Украина. В благоустройстве европейского дома после завершения холодной войны каждая нация брала на себя ответственность, значимую для всего содружества.
Украина четыре года назад взяла на себя уникальное обязательство – быть лидером в континентальном восхождении посттоталитарного мира к демократии.
И Европа приветствовала такое стремление нации в центре континента, пытаясь оказать этой инициативе всевозможную поддержку. Мы, европейцы, в свою очередь, вроде бы взяли на себя обязательство нести вместе с украинцами ответственность за результаты их Оранжевой революции. Ведь эти результаты были ничем другим, как подтверждением жизнеспособности тех ценностей, которые исповедует европейская цивилизация и на которых она, собственно, построена.
Прошло почти четыре года после этого геополитического факта, именованной Украинской революцией. И пришла пора хотя бы попробовать подвести черточку под этим достаточно значительным отрезком времени в нашу динамическую эпоху, пришло время сказать, как говорят украинцы, — что из того вышло.
У нас есть два варианта – или, находясь в плену увлечения и иллюзий, выдавать и дальше желаемое за действительное и по инерции пропеть дежурную оду украинским оранжевым силам, или, тщательнее присмотревшись к событиям в Украине, назвать вещи своими именами, а имена поставить в зависимость от того положения вещей, которое складывается в этой чрезвычайно важной для Европы стране.
Будучи политиками ответственными как перед Европой, так и перед Украиной, мы не можем не стать на вторую позицию. И вынуждены сказать – лидер украинской революции, проведенной свободолюбивим украинским народом, не будет оправдывать надежд этого народа. Исходя из этого, мы должны откровенно давать оценку Президенту Ющенко, которого привела к власти эта революция и этот народ. А оценка эта заключается в том, что Ющенко, к сожалению, оказался не на высоте заданий, которые на него возлагались, не на высоте исторической роли, которую ему надлежало сыграть.
Первое и наиболее важное, опираясь на волю народа при завоевании власти, после прихода к власти он резко изменил ориентацию и своей опорой сделал олигархат, против которого выступил этот народ.
Сегодня его ближайшим окружением стали силы, лица и капиталы, которые определяли антидемократическую проблематику доющенковского периода. Реакция народа не могла не быть адекватной - народ от такого лидера резко и очень быстро отвернулся. Популярность Ющенко начала таять, а его рейтинг катастрофически обвалился и очутился сегодня около нулевой отметки.
Здесь и был нанесен самый болезненный удар по всему украинскому демократическому проекту. Дело в том, что вместе с носителем идеи, на которого был номинирован Ющенко как его народом, так и европейским содружеством, обвалилась и сама европейская идея. Парадоксальная вещь: могильщиком идеи становится тот, под чьим именем она должна была бы стать реальностью. Таким образом, Ющенко не вел Украину в Европу, а вел ее от Европы.
Какие видовые признаки такого развития событий? Вестернизация на нынешнем этапе посткоммунистического транзита, — это высвобождение прежнего совкового мира из смертельно опасных объятий коррупции. Именно это должно было бы делаться в Украине после Оранжевой революции под руководством Ющенко.
Однако, под руководством Ющенко эти объятия стали еще более тесными. К величайшему сожалению и удивлению, при нынешнем Президенте Украины коррупция не уменьшилась, а наоборот, разрасталась к невиданным до сих пор масштабам. А что касается фактов личной причастности Президента к коррупционным действиям, которые постоянно звучат из уст наивысших украинских политиков, то с ними нельзя не считаться.
Коррупция – это только самый выразительный признак такого гиблого явления, как институционное размывание государства. Приближаться в Европу – значить укреплять свое молодое государство. Делает ли это нынешняя украинская власть? Тяжело дать позитивный ответ на этот вопрос, следя за политической хроникой в этой стране. Когда европейцы наблюдают, с какой кричащей легкостью поддает лидер свое государство все новым и новым вибрациям, нам это тяжело понять.
Прежде всего, это касается климата в самом политическом классе, в самом политическом истеблишменте. Мы с пониманием относимся к плюрализму, временами критическому, в среде украинских элит, однако, как свидетельствуют выборы последних лет, в обществе все же существует стратегический консенсус.
Европейская идея – вот идея, которую разделяют большинство украинского общества, и это большинство и привело Ющенко к власти. Опираясь на него, он мог бы обеспечивать прогресс в своей стране. Однако, постоянные эксперименты с конфигурацией власти, перманентные перетягивания полномочий, денонсация электорального результата, который должен лежать в основе формирования правящей коалиции, безоглядное изменение противников на союзников, и наоборот, — все это делает Украину государством мало предсказуемым или совсем непредсказуемым. И не в тактически текущем измерении, а в стратегически геополитическом смысле. Объединенной Европе тяжело иметь дело с такой украинской властью, Европе тяжело иметь дела с Ющенко при такой его политике и поведении.
Мы считали необходимым диалог европейских политиков с украинскими политиками и, в частности, с Президентом этого государства, перевести в реалистичное русло. Ющенко должен понимать, что в Европе приобретает все более широкий размах критическое отношение к нему и к его действиям. Если он считает, что мир не способен снять оранжевые очки и глянуть на Украину трезвым взглядом, то он ошибается.
