Ларри Эллиотт, экономический редактор The Guardian считает, что санкционная война началась не потому, что это был лучший вариант. Просто два других: бездействие и военное вмешательство, показались Западу еще хуже. Три нелегких месяца показывают, что все идет не по плану, а Путин и не думает выводить войска.
Первый комплекс мер был введен сразу после вторжения и был рассчитан на постепенное ужесточение санкций. Но все это привело к обратному эффекту. Стоимость экспорта нефти и газа из России повысилась, потянув за собой увеличение финансирования военных действий.
За первые четыре месяца 2022 года счета текущих операций России составили 96 миллиардов долларов, что более чем в три раза превышает показатели того же периода годом ранее.
Шестой пакет санкций привел к увеличению стоимости сырой нефти на мировых рынках, а Россия нашла альтернативные рынки для своей продукции, такие как Индия и Китай. Если до войны Индия могла себе позволить покупать у России 30 000 баррелей в сутки, то теперь объем возрос до 800 000 баррелей. Китай только в апреле увеличил закупку нефти и газа на 50% в годовом исчислении.
По оценкам МВФ, 2022 год сократит экономику России на 8,5% из-за коллапса импорта с запада: пока расходуются товары, которые удалось скопить. По оценкам экспертов, у Москвы есть достаточно времени, что бы найти альтернативных поставщиков. При этом годовой уровень инфляции в Великобритании уже сейчас составляет 9%, что является самым высоким показателем за 40 лет.
Остальной мир получил рост цен на топливо и продовольствие с перспективой гуманитарной катастрофы. В экспертных кругах муссируются панические настроения по поводу экономических издержек войны, что вполне оправдано. Западные экономики столкнулись с периодом медленного или отрицательного роста и растущей инфляции как при стагфляции 1970-х годов. Кто-то больше кто-то меньше, в зависимости от того, насколько нефть влияет на их производства. Для некоторых стран — это перспектива массового голода.
Ларри Эллиотт считает, что с самого начала было понятно, Путин прогнозирует раскол противостоящей международной коалиции, поскольку экономически Россия лучше защищена чем западные страны. И похоже он был прав. Путин не собирается отступать, а ущерб от санкционного давления для всех очевиден. Но если богатым странам грозит падение уровня жизни, то в развивающихся — это голодные бунты и долговой кризис.
Все это, по мнению Ларри Эллиота, говорит о том, что рано или поздно Запад пойдет на сделку.
Примерно таких же прогнозов придерживается глава исследовательского центра Брейгеля в Брюсселе Гунтрам Вольф. Эксперты и политики начали просчитывать, что окажется более значимым — снижение доходов России или рост цен в Европе. Но начали считать уже после решения о санкциях. А ведь надо было считать заранее...
Оказывается ответ, что произойдет раньше — опустеет военная казна Путина или Запад падет от рецессии — весьма неоднозначен. Реальность состоит в том, что шестой пакет настолько дыряв и изобилует множеством лазеек, что финансам России если что-то и угрожает, то лишь в отдаленной перспективе, а Европа сталкивается с нарастающим инфляционным давлением уже сейчас.
Гунтрам Вольф прогнозирует значительную потерю покупательной способности европейцев, что заставит политиков принимать непопулярные решения. Трудные времена ждут и Европейский центральный банк, который должен будет усмирить инфляцию и в то же время не позволить надбавкам за риск для стран с крупными долгами, таких как Италия и Греция, стать слишком большими.
России придется искать альтернативные рынки для нефти и газа, а ЕС все еще не имеет четкой концепции по нейтрализации последствий нефтяного эмбарго для экономики. Во всяком случае европейцев точно ждут трудные времена, убежден Гунтрам Вольф.
