Ну, может, не главный, но один из. Авторитетные киноиздания уже начинают составлять списки возможных номинантов на «Оскар» 2019 в категории «лучший фильм года». В перечнях в числе прочих значатся «Черный клановец» Спайка Ли, получивший Гран-при в Каннах, «Вдовы» от режиссера «Двенадцати лет рабства» Стива МакКуина, победившая на кинофестивале в Торонто «Зеленая книга», а также режиссерский дебют актера Брэдли Купера «Звезда родилась», который уже можно наблюдать в украинских кинотеатрах. Во-первых, киноакадемики любят мюзиклы. Во-вторых, картина Купера уж очень хороша.
Казалось бы, Брэдли Купер снял банальную лав-стори, которая стара как мир. К тому же это уже третий по счету ремейк оригинального фильма 1937 года выпуска, который и мюзиклом-то не был, и речь в нем шла не о музыканте, влюбившемся в начинающую певицу, а об актере, который сделал кинозвезду из официантки, а сам постепенно ушел в забвение. Мюзиклом «Звезда родилась» впервые стала в 1954-м, когда вышел ремейк с Джуди Гарленд. Это была история девушки, обладающей потрясающим голосом, но испытывающей комплексы по поводу своей специфической внешности, не вписывающейся в каноны классической красоты. Девушки, которая благодаря встречи с известным актером, поборола неуверенность и превратилась в голливудскую диву.
В 1976-м свет увидела еще одна версия этой истории, совершенно свежая, современная, соответствующая эпохе диско, хиппи, глэм-рока, кантри-рока. Из киноиндустрии действие переместилось в музыкальную среду. Барбра Стрейзанд сыграла певицу из кабаков и рекламных роликов кошачьего корма, которая, несмотря на роскошный голос и необычную манеру исполнения, не может продвинуться из-за гордости, неординарной внешности и нежелания подстраиваться под правила шоу-бизнеса. А кантри-исполнитель Крис Кристофферсон сыграл стареющую рок-звезду, который не просыхает, забывает на сцене слова и постепенно уходит в закат своей славной карьеры, в то время как его протеже расцветает и номинируется на «Грэмми».
Как дань уважения творчеству Кристофферсона, Брэдли Купер в своем варианте сделал главного героя кантри-рокером. А партия Барбры Стрейзанд досталась поп-диве сегодняшнего поколения Леди Гаге. Что примечательно, все четыре исполнительницы главной женской роли в сюжете про рождение новой звезды и угасание старой отчасти сыграли самих себя, свой собственный путь к успеху.
Джанет Гейнор в реальной жизни взобралась на голливудский небосклон, будучи продавщицей в обувном магазине. Джуди Гарленд, не взирая на актерский талант и удивительный вокал, всю свою карьеру страдала из-за внешности, которая существенно отличалась от канонических красоток вроде Авы Гарднер и Элизабет Тейлор; в угоду студийным продюсерам ей приходилось носить накладки на зубах и специальные диски, изменяющие форму носа (видимо, ринопластика тогда еще не была обычным делом). Комплексы и ненависть к своему лицу загоняли Гарленд в депрессию, которая мучила ее практически всю жизнь. Барбра Стрейзанд была уже более уверенной, решительной и дерзкой, уже демонстрировала сильный характер и соответствующие свободолюбивым, раскрепощенным 70-м феминистские взгляды. Но и ей успех дался нелегко. Выдающийся нос Стрейзанд какое-то время был несдвигающимся кирпичом, подпирающим дверь на сцену. Даже родная мать говорила, что Барбаре (тогда еще Барбаре, а не Барбре) с ее внешностью не место в шоу-бизнесе.
Стефани Джерманотта (настоящее имя Леди Гаги), будучи низкорослой носатой итальянкой по происхождению, хоть и родившейся в Нью-Йорке, тоже выдрала свой сегодняшний триумф зубами, поначалу выступая в бурлеск-шоу с трансвеститами. Потому, собственно, и возник экстравагантный, эпатирующий образ Леди Гаги: он тщательно скрывал реальную внешность Стефани Джерманотты за тонной грима, очками, причудливыми нарядами и немыслимыми прическами, а если и не скрывал всего, то определенно смещал акценты: публика интересовалась не носом, а тем, из настоящего мяса или бутафорского сшито шокирующее убранство певицы.
Брэдли Купер показал поп-диву такой, как она есть, без сценической шелухи, пафоса и маски, без футляра, в который она себя облачила, дабы чувствовать защищенность от потенциальных нападок. И тут можно сделать два вывода. Во-первых, в фильме «Звезда родилась» перед нами предстал совершенно другой человек, никакая не Леди Гага, и если заведомо не знать, то узнать в девушке на экране сверхпопулярную данс-поп-исполнительницу решительно невозможно. Во-вторых, Стефани Джерманотта прекрасна, и это факт. Прекрасна в своем, что называется, первозданном виде, причем речь как о внешности, так и о музыке. То есть без антуража, без макияжа, без электронных синтетических обработок, просто у микрофона или за пианино. И большое спасибо Брэдли Куперу, что мы узнали другую сторону этой загадочной женщины.
Купер сделал главную героиню еще сильнее, чем было в интерпретации Стрейзанд. Причем сильнее буквально. В фильме 1976-го драчуном был персонаж Кристофферсона, который постоянно по пьяни затевал драки с надоедливыми, бесцеремонными поклонниками. В версии 2018 драчуньей является героиня, а не герой. В одной из первых сцен Элли в исполнении Джерманотты разбивает костяшки о физиономию назойливого парня, пытающегося сфотографировать кантри-звезду в неформальной обстановке. То есть Купер сходу распределяет роли: его персонаж здесь — никчемный и слабый, несчастный, мягкий, подавленный, уязвимый; а она, героиня, — борец во всех смыслах этого слова, и в первую очередь борец за него и за любовь.
Однако впервые за всю едва ли не вековую историю сюжета «Звезда родилась» свет от прожектора, освещающего того, кто солирует в этой невыносимо печальной лав-стори, сместился. На сей раз не Стефани Джерманотта — душа и сердце истории, коими были Джанет Гейнор, Джуди Гарленд и Барбра Стрейзанд. Теперь ее сердце — увядающая звезда. И не то чтобы это эгоизм и самолюбование со стороны Брэдли Купера, выставившего на авансцену себя. Просто попытка повернуть устаревший рассказ немного другим углом.
«Звезда рок-н-ролла должна умереть — аксиома», — поется в небезызвестной песне. Но необязательно так, как это сделал герой Криса Кристофферсона: пафосно, на слетевшем с шоссе красном спорткаре. И необязательно из-за наркотиков и алкоголя. И необязательно потому, что прошла былая популярность и сцену заняли новые кумиры... Герой Брэдли Купера, выдающийся гитарист, душевный исполнитель авторской музыки в умирающем жанре кантри, переживает куда большую трагедию, чем просто игнорирование со стороны продюсеров и лейблов, потеря стадионов и лишение опостылевшего фанатского внимания. Он теряет слух, так что больше никогда не услышит музыку так, как слышал ее раньше. И теряет любимую женщину, которая превратилась в стандартный продукт шоу-бизнеса, отреклась от своего «я» и своей индивидуальности, отреклась, что самое прискорбное, от подлинной, чистой музыки... Впрочем, червь саморазрушения жил в нем всегда, с самого детства, саморазрушения, вызванного непринятием уродства, фальши нашего несовершенного, пластмассового мира. А она, Элли, этот мир, его законы и правила, приняла.
