...Одна из первых вещей на диске «Americana» Ray Davies, далеко не последнем из нынешних ретро-альбомов (а именно — трек «The Deal»), звучит, словно битловская «A Hard Days Night», а другая («Mystery Road») — будто ранний «Пинк Флойд». Ну вот зачем, как вы думаете? Снова «причуды», как в 60-х, когда вместе с британцами «The Kinks», чей лидер нынче выпустил сольник, в эфире трещали жуки, сверчки, муравьи и никто особо не морочил себе голову с межвидовыми различиями? Или автор диска так давно не выступал, что нишу, пещеру и коморку «занудной» манеры уже занял Моррисси? (О котором, как о фронтмене «The Smiths», благодаря этому самому «занудству» в стиле Таниты Тикарам давно уже забыли).
Собственно, группа, как всегда в таких случаях, и сдерживала нашего Рэя от смура. И какая группа! Целый мир британского протопанка, гараж-рока, после которой многим в имени культовых «Блёр» слышатся «дуБЛЁРы Kinks»!
Кстати, не один только автор этих строк удивляется заигрыванию с тенями прошлого, с этими двухаккордными рифами в каждой третьей песне и прочей ностальгией. То ли «The Who», то ли «Yarbirds». Ага, точно — «The Kinks»! Точнее, их древний, как мир скиффл-рока и моды на модов, вокалист в новом обличье. Скрипки, гавайская гитара, прочие слайд-вещи в духе калифорнийской поэтики будней (хотя автор диска вышел из традиционного английского мюзик-холла). Вы все умрите, мол, а мы — мы пускай тоже умрем, но вы, дураки, этого не заметите, алиллуя! «Что можно сказать о человеке, новая песня которого начинается с разговора в баре: «Людей в этом городе нужно запереть в дурку. Мы уедем завтра, а их нужно запереть?» — спрашивает, скажем, Борис Гребенщиков, предваряя очередной выпуск своего «Аэростата»? И тут же отвечает, извиняясь, поскольку «это еще один герой Золотого Века — Рэй Дэвис, великий и ужасный сардонический художественный руководитель группы Kinks».
Да, он только что выпустил свой новый сольный альбом, впервые после десятилетнего перерыва, и на самом деле альбом неплохой. Печальная «Message From The Road», бодренькая «A Place In Your Heart», тяжеловатая (правда, за счет духовой секции) «Mystery Room». Кстати, не только с разговоров в баре может начаться песня на этом диске, иногда ее автор беседует сам с собою, а нам все равно слышится речь Пола Маккартни. Что же это творится? Общая зубная поликлиника? Один на всех продюсер, выставляющий звук под 60-е? Или все-таки отличительная черта того «гремящего» времени — тихое помешательство, то есть, пардон, «Тихое кино» (трек № 7), всегда заканчивающееся грохотом стульев из-за падающих тел, а не вскочивших на них в экстазе фанатов? Да и где вы сегодня видели стулья на коцертах? Вот именно, только на исполнении траурного «Marche Funebre» Шопена.
А еще, знаете, кто на ум приходит? Наверное, тоже оттого, что давно не выступал — ни с группой, ни отдельно. Это ведь вообще первый альбом после почти десятилетнего перерыва гитариста, вокалиста и автора песен супергруппы. Так вот, знакомая «ноющая» манера, истерические вскрики в конце фразы, как у Боуи, — да это же Стив Харли из «Cockney Rebel». Но не всегда, поскольку речь о старой доброй Америке, которая для юных британцев «The Kinks» всегда была эталоном чего-то такого ковбойского. Поэтому кантри, да. Ну или кантри-энд-вестерн. Но старый конь борозды особо не портит, поэтому неожиданно резкая «The Great Highway» до боли похожа на один из главных хитов группы, а именно — «You Really Got Me», седьмая строчка в Billbord Hot 1965-го (вышла в 64-м), перепетая всеми, кому не лень — от Эдди Ван Халена до «Металлики».
А вообще-то времена были такие, и такими (ужасными, старыми, позабытыми) они стали, что прослушай ты новые записи Тома Пэтти, Джеффа Линна и даже, прости Господи, Боба Дилана вкупе с Кросби, Стиллзом, Нэшем и Янгом — и попробуй найти ощутимую разницу. Слабые голоса, немощные движения, отточенная вера в то, что все это обязательно продастся. Хотя бы в кругу фанатов. Ну да, фанатов. Которых еще тьмы и тьмы во всем мире, и особенно в Японии. Главное «ша-ла-ла» вставлять в конце каждой фразы, как у Рэя Дэвиса, и тогда вполне могут поверить, что это продукт прямиком из 60-х, когда чудили на каждом шагу — и вместе, и по отдельности, и со всем миром сразу.
Далее у нас случилось так, что «For Crying Out Loud» Kasabian — новейший студийный альбом британской рок-группы, впавшей всеми своими участниками в семейную депрессию (разводы, измены и т. д.) — переносит нас уже в 70-е. Хотя шестая полноформатная пластинка команды — это, опять-таки, не вокал Мика Джаггера, положенный на музыку DJ Shadow, и сам народный коллектив, выступающий нынче хэдлайнером на фестивале «Гластонберри», создал по-прежнему качественный национальный продукт, вдохновленный заокеанскими спагетти-вестернами.
«Плачущее» название альбома имеет слабое отношение к самой музыке этой веселой и бесшабашной команды, основанной Сержио Пиццорно — разве что ее неприятие прочим миром может расстроить лидера, этакого британского Ляписа Трубецкого. Уже из свежего клипа, выпущенного на первую же композицию, анонсирующую новый релиз (№ 2 на диске), было ясно, что честные гитарные фрики, спасающие мир от преступной электроники, вернулись, и мы можем послушать старый добрый «Kasabian» — вечнозеленый инди-рок с закосом в диско, как у «Last Shadow Puppets». Кстати, песенка про сумасшедший дом, поголовно влюбленный в главврача, похожую на постаревшую Дрю Бэрримор (она ведь, кстати, сама клипмейкером стала — вспомним ее видеоработу с американцами «Best Coast» на песню «Our Deal», где снялась 14-летняя Хлоя Моретц, звезда фильма «Пипец»).
Словом, хороший диск, мажорный, заводной, не такой занудный, как предыдущее уродство группы в виде эксперимента под названием «48:13» — о том периоде в новом альбоме напоминает разве что «цифровая» песенка «Twentyfourseven». Также фронтмен «Kasabian» неоднократно заявлял, что это будет лучшая пластинка за всю историю команды, ни много ни мало — «спасение гитарной музыки из бездны». «Я хотел попробовать написать крутой гитарный альбом, — откровенничает он. — Меня заинтересовал подход Берри Горди, Мотаун и весь этот период 70-х, когда гитарная музыка... песни были очень сильными, мелодии были очень сильными... но есть в нем и эта классная диско-фанк штука. Моему мозгу показалось, что будет неплохо потом сказать, что он сделан за шесть недель. За это время я написал 10 песен, вообще-то написал я больше, но они не срабатывали, и я решил, что тут не будет ничего такого, что просто не вписывается».
Ну а чтобы не путали стиль и энергетику разношерстного коллектива с «какими-нибудь» «Oasis» или «Blur» (первые, вспомним, всегда рекламировали своих юных адептов), была запущена известная битловская отмазка насчет музыкальной стилистики будущего. Дело в том, что в свое время Джон Леннон предложил гениальную индульгенцию любому плагиату, звучащему из утюга в окне общаги, назвав ее «концепцией стула».
Он сравнивал музыку со стулом и говорил о том, что каждый музыкант может создать свой идеальный стул. Вот «Kasabian», авторы помпезных стадионных гимнов FIFA, и решились, наконец, создать нечто подобное, концептуальное. Главное, вполне «авторское», как в анекдоте про тот же стул и творческую поступь поколения Y. «— Скажите, доктор, я буду ходить? — Разве что под себя».
Догоняют, чуть хромая, культовых британцев в своей стилистической «свежести» и другие прародители современных мелодий и ритмов (а именно — нойза и шугейза) — нигилисты от рока братья Рейды с альбомом «Damage And Joy» The Jesus And Mary Chain. Их команде уже без малого тридцать лет, альбомы наши шотландцы, похожие на братьев Самойловых из «Агаты Кристи», не выпускали с 1998-го, но музыка их настолько заразна, что, даже скромно переиначенная (в названии) «Black And Blues» (отсылающая к аналогу «роллингов» 1976-го), заражает депрессией даже подпевающую юную Скай Феррейру. Действительно, сделать что-либо новое из классической модели «вечных студентов» не под силу даже продюсеру (недаром он, тоже заразившись, играет здесь на басу).
Кстати, от классического состава группы остались лишь упомянутые братья-акробаты — неутомимые, немолодые и уже не «вечно пьяные», а в меру веселые. Наркотический угар, тот самый «белый шум» и прочая какофония на сцене, чем «исусики» прославились на весь мир, давно уже в прошлом. И все-таки сегодня они, основательно поправившие здоровье и в очередной раз воссоединившиеся, являются лучшей независимой группой Англии. Старческая бравада им к лицу, собственные недостатки они давно уже превратили в элементы культа, на горизонте маячит не только вечная молодость, но и целый зал подпевающих фанатов, годящихся им во внуки. И пускай тексты по-прежнему мрачны (в одной из песен, например, сознаются, что «я застрелил Курта Кобейна»), а в жизни и на сцене угашенные братья не особо общаются, но все-таки это по-настоящему классические рокеры на сегодняшнем шабаше электроники.
