В интервью «Фразе» российский историк, религиовед и политолог Андрей Зубов, ставший недавно почетным профессором Киево-Могилянской академии, рассказывает о том, что является условием стабилизации обстановки на Донбассе, что может ждать РФ в будущем, почему антизападничество для России неестественно, а также о том, какие основные тенденции наблюдаются в религиозной жизни современного общества.
Андрей Борисович, как вы оцениваете перспективы разрешения конфликта на Донбассе?
Мне кажется, что постепенно ситуация улучшается. Я имею в виду, не в самом Донбассе, а в Украине в целом. Разрешение же донбасского конфликта напрямую зависит от того, в каком состоянии находится вся страна. Если Украина состоится как демократическое государство с прозрачной политикой и экономикой, тогда, безусловно, и проблемы Донбасса разрешатся или, по крайней мере, станут намного ближе к разрешению. Если же не состоится, то ситуация примет совершенно другие формы. На мой взгляд, и ваши выборы, и консолидация общества, и то, что в других русскоязычных областях сейчас поддерживают единство Украины, — все это очень хорошие признаки, которые должны способствовать нормализации обстановки и в Донецком регионе.
Каким вы видите ближайшее будущее России и российско-украинских отношений?
От будущего Украины во многом зависит и будущее России. Если бы мартовский план Путина осуществился целиком и в вашей стране произошла смена политического режима с разделением общества на две враждующие части, тогда бы мы могли сказать, что и для России наиболее вероятной перспективной было бы укрепление авторитарного режима со склонностью к нарушениям международного права и подавлению свобод внутри страны. Но ничего этого не произошло. Украина отстояла свою свободу — теперь это уже совершенно ясно. Разумеется, всякие ситуации могут возникать и в будущем, но самые объективно важные шаги уже сделаны. Украина защитила свою свободу и политически, проведя президентские и парламентские выборы, и в военном плане, все-таки дав отпор внешней агрессии. И, наконец, она на международной арене заявила о себе как о стране, которая имеет явную европейскую и атлантическую ориентацию.
В этой ситуации для России остается очень маленькое поле для маневров. Она сейчас оказалась в политической изоляции и в очень тяжелом экономическом положении из-за санкций. Все это дополняется неумелым управлением экономикой и деградацией внутренней экономической системы. В ситуации нарастающих санкций российская сырьевая экономика перестает приносить дивиденды. Усугубляется это еще и падением цен на нефть. Единственный разумный и возможный выход для России в данной ситуации — это попытка снять с себя санкции. Снять их можно, восстановив добрые отношения с Западным миром. Для этого нужно прекратить агрессию на Востоке Украины, решить проблему Крыма, вывести все свои войска, перестать поддерживать сепаратистов и т. д. Но боюсь, и этого будет мало, потому что к нынешнему российскому руководству, из-за его постоянного агрессивного пафоса и нечестности в международных отношениях, на Западе потеряли доверие в персональном плане. Поэтому без изменений в руководстве России в данном случае, наверное, не обойтись.
Кроме того, конечно же, нужно вернуться к демократическим принципам политики, проведению по-настоящему честных парламентских и президентских выборов. Иными словами, перед Россией стоит огромный массив действий, которые надо совершить, чтобы избежать самого худшего — экономического коллапса с неизбежными в данной ситуации социальными беспорядками и трагическим хаосом на территории огромного государства в целом.
На недавнем «Конгрессе российской интеллигенции» вы сказали, что для стабилизации международных отношений необходимо «осмеять антиамериканизм и антизападничество». Каким образом, на ваш взгляд, это реально делать в сегодняшней России?
Нужно показать, что антизападничество, антиамериканизм — это вещи по естеству чуждые России. Потому что Россия сама, как и Украина, — это страна европейско-христианского культурного ареала, к которому относятся практически вся Европа, США и Канада. Поэтому противостояние Западу противоречит самой натуре России. На этот счет в последнее время, с легкой руки Дугина, начали появляться странные заявления. Путин сказал, что православие ближе к исламу, чем к западному христианству. Этот тезис, безусловно, достоин только осмеяния. Я, как религиовед, понимаю, что эта старая идея Дугина совершенно глупая. Озвучивание этой идеи явно не идет Путину в плюс.
Недавно первый заместитель главы администрации президента РФ Вячеслав Володин, выступая на Валдайском форуме, заявил, что пока «есть Путин — есть Россия, нет Путина — нет России». Как вы считаете, нет ли в таком отношении к политическому лидеру неких религиозных или околорелигиозных отголосков?
Это — то, что называется культом личности, а любой культ личности — это идолопоклонство. А идолопоклонство является тяжким грехом повсюду — и в христианстве, и в исламе, и в любой другой серьезной религии. На мой взгляд, эти слова Володина очень глупые. Ни один русский человек в старой царской России никогда бы не сказал, что пока есть тот или иной царь — есть Россия, а когда он умрет — не будет России. Это было немыслимо. Да, монархия была персоналистична, но она же предполагала, что цари, как и все люди, смертны. Это уже в советское время сатанинская идея «человекобожия» — не богочеловечности, а именно «человекобожия», как пишет Достоевский — утвердила себя, когда умер Сталин и многие люди думали, что вместе с ним погибла страна. Естественно, она не погибла, а только легче вздохнула. Мне кажется, что Володин своими словами насаждает как раз вот эти самые худшие советские и, главное, самые глупые и антихристианские позиции. Россия больше Путина, и она будет после Путина, и дай Бог ей быть после Путина еще тысячу лет.
Какие основные религиозныне тенденции можно выделить в современном мире?
Я прекрасно помню, как в 80-90-х годах говорили о том, что религия умирает. Теперь так уже никто не говорит. Прежде всего, из-за резкого политического возрождения ислама. Мусульманский фундаментализм стал очень мощной новой реальностью за последнюю четверть века. Но произошло также возрождение и других религий. Особенность религиозного состояния современного мира заключается в двух противоположных тенденциях. В христианском мире Европы происходит ослабление религиозной составляющей жизни, и европейское общество все больше становится не только нерелигиозным, но и в некотором смысле антирелигиозным. С другой стороны, вне Европы сейчас нарастает новая волна религиозного подъема. Но она во многом обусловлена очень своеобразной и опасной тенденцией — это не подъем внутренней духовной рефлексии, а попытка политического объединения той или иной совокупности людей на базе религии.
То есть религия из высшей ценности — с помощью которой человек решает проблемы своей вечности, спасения, целостности — превращается в форму политической мобилизации, теряя свои высшие составляющие. Именно в этом опасность радикального ислама и некоторого радикального православия в России, а также ныне распространяющегося неоязычества, которое, как я знаю, свойственно и Украине тоже. Все эти вещи по форме религиозны, а по сути — антирелигиозны, потому что они направлены не на духовное возрождение человека, а на его разрушение.
