24 июля 2026 года в результате российского удара по мероприятию оборонной тематики в Киевской области погибла 29-летняя Екатерина Шалупня, начальница юридического отдела Секретариата Украинской ассоциации районных и областных советов и невестка народного депутата Валерия Зуба. После трагедии Зуб обнародовал эмоциональное сообщение, в котором заявил, что ее муж получил известие о смерти жены, находясь на фронте, «на позиции» и «в блиндаже». Однако именно вокруг этой публичной версии впоследствии возникли серьезные вопросы.
Как пишут СМИ, критика касается, прежде всего, того, насколько точно депутат описал обстоятельства, которые касались его семьи. В публикации Medbook внимание обратили на Вадима Зуба, связываемого с работой в Службе безопасности Украины в Киеве. В открытых академических данных он действительно фигурирует как сотрудник СБУ. Это стало основанием для критических вопросов к формулировке о «блиндаже» и пребывании на боевой позиции.
В то же время в сообщениях о гибели Екатерины Шалупни ее мужем называется Александр Зуб. Именно Александра Валерий Зуб, по обнародованным цитатам, описывал как сына, который находился на фронте и узнал о гибели жены на позиции. Следовательно, автоматически утверждать, что депутат приписывал пребывание на фронте именно Вадиму, было бы некорректно.
Но это обстоятельство не снимает главного вопроса до самого Зуба: почему его публичная коммуникация оказалась настолько нечеткой, что позволила возникнуть разной трактовкой того, кто именно из его сыновей находился на фронте. В ситуации, когда речь идет о гибели молодой женщины и возможных проблемах с организацией безопасности мероприятия, точность таких заявлений имеет принципиальное значение.
Еще более острый вопрос возник через саму меру, на которую была направлена Екатерина Шалупня. Она представляла Украинскую ассоциацию районных и областных советов на мероприятии, связанном с производителями беспилотных систем. После удара Зуб потребовал установить, кто согласовал проведение мероприятия и почему участники оказались под угрозой ракетного удара.
Депутат заявлял, что даже проведение обычной медицинской конференции в условиях военного положения предполагает согласование, определение количества участников и проверку вместимости укрытия. По его словам, война не может быть оправданием халатности или организационных ошибок. Фактически Зуб задал вопрос об ответственности тех, кто обеспечивал проведение мероприятия.
Однако такая позиция закономерно порождает встречный вопрос к самому народному депутату: если процедуры безопасности настолько очевидны, почему после трагедии общество вынуждено восстанавливать обстоятельства происшествия по фрагментам заявлений самого Зуба и сообщений других лиц? Публичная версия депутата должна максимально четко расставить акценты, а не создавать дополнительные поводы для предположений.
Екатерина Шалупня погибла вместе с другими участниками мероприятия 24 июля. После ее смерти 27 июля в Киеве прошло прощание, а похороны планировали провести в Чернигове. Ее гибель привлекла внимание не только из-за родственной связи с народным депутатом, но и из-за вопроса безопасности мероприятия, организованного в условиях полномасштабной войны.
В материалах о семье Зуба также фигурируют разные сведения о его сыновьях. Вадим Зуб в открытых данных связан с СБУ и обучением по специальности «Международные отношения». Александр Зуб в публикациях о Екатерине Шалупне называется ее мужем и военнослужащим. Именно эта разница должна быть четко учтена, если речь идет об оценке заявления нардепа.
Поэтому наиболее проблемным для Валерия Зуба является не сама критика после трагедии, а требование к другим объяснить обстоятельства произошедшего при одновременной необходимости объяснять собственные публичные формулировки. Пока правоохранители и ответственные структуры должны установить обстоятельства мероприятия, общественный интерес остается и до того, насколько полной и точной была версия, которую депутат озвучил сразу после смерти невестки.
Пока нет оснований утверждать, что Валерий Зуб сознательно предоставил ложную информацию или что конкретное лицо виновно в гибели Екатерины Шалупни. В то же время, разногласия в публичных сообщениях и недостаточная конкретика в отношении членов его семьи стали основанием для критики депутата и требуют четкого объяснения с его стороны.
