На днях в Павлограде Днепропетровской области проходили общественные слушания по поводу переименования переулка Чкалова в честь погибшего воина АТО Андрея Михайленко. Дискуссия вышла напряженной: за то, чтобы оставить как есть, преимущественно выступили те, кто постарше, а за нововведение — те, кто помоложе.
Все бы ничего, если бы один из сторонников сохранения нынешнего названия во время своего выступления не начал убеждать участников слушания, что сейчас в Украине идет гражданская война — «как сто лет назад». Часть присутствующих это возмутило, а один из них церемониться не стал, а просто подошел к выступающему и отправил его в нокаут.
Видео инцидента распространилось среди пользователей соцсетей. Непримиримо-патриотическая общественность склонилась к тому, что, мол, так и надо реагировать на «вату» в голове некоторых сограждан, а несгибаемо-пропутинская — что «мужик все правильно сказал».
В связи с этим хотелось бы задать по три вопроса и той, и той.
Непримиримым патриотам:
1. Согласно последним данным Центра Разумкова, 70% украинцев считает Россию агрессором и участником конфликта, а 12% полагает, что она не причастна к событиям на Донбассе и не является воюющей стороной. 62% записывают «ДНР» и «ЛНР» в террористические организации, которые не имеют права представлять население неподконтрольных Киеву территорий. 21% считают, что они имеют такое право и терроризмом не занимаются. На Донбассе, Востоке и Юге эти 12% и 21% вырастают до 19-25% и 31-33% соответственно... Если на «вату» нужно реагировать «по законам военного времени», как будет называться ситуация, когда «большевики» бьются с «меньшевиками», имея с ними одинаковое гражданство?
2. Если конфликт на Востоке — это прежде всего российско-украинская война, означает ли это, что она на сто процентов таковая и никакой гражданской основы после Майдана у нее не было? А как быть тогда с гражданами Украины, которые пошли в «ополченцы», пускай их даже вдесятеро меньше, чем российских «добровольцев», и со всеми их местными сторонниками?
3. Скажите честно: если вы считаете, что на Донбассе Киев воюет с Москвой, а гражданского уровня у этого конфликта нет, вам так просто удобнее думать? Или у вас есть набор фактов, свидетельствующих, что по ту сторону фронта нет такого количества граждан Украины, чтобы считать эту войну даже частично гражданской?
Несгибаемым пропутинцам:
1. Вы действительно верите, что часть населения Донецкой и Луганской областей уже третий год ведет войну с Украиной собственными силами — живыми, боевыми, техническими, кадровыми, финансовыми? Что местные «шахтеры и трактористы» без внешней помощи устроили Иловайский и Дебальцевский котлы? Или вы считаете, что доморощенных «ополченцев» подавляющее большинство, а российских «добровольцев» незначительное меньшинство? А помните, как летом 2014-го Гиркин с регулярным постоянством жаловался, что мужчины Донбасса не хотят воевать за «Новороссию», и добавлял, что местных, которые взяли в руки оружие, в «ополчении» крайне мало? Кем же это компенсировалось?
2. Вы читали доклад Бориса Немцова «Путин. Война»? Переборите свое «не читал, но осуждаю» и почитайте. Вот ссылка.
3. С рождения и до августа 2014-го я жил в Донецке. За несколько дней до моего отъезда мы вышли с другом посидеть во двор. К нам пожаловал изрядно выпивший незнакомец в черной футболке и камуфляжных штанах. Еле шевеля языком, он поздоровался и предъявил удостоверение военнослужащего одной из питерских частей. А потом заплакал... «Доброволец» был крайне раздосадован тем, что его «сослуживцы» разрушили местный дворец спорта «Дружба», где он когда-то был на концерте «Алисы». Мы ему посоветовали дальше не портить себе настроение и поскорее возвращаться домой. Он поблагодарил за совет и потелепался обратно «на базу»... Так вот: что этот пьяный российский солдат забыл в моем дворе, городе и стране?
На данный момент очевидно одно: пока конфликт на Донбассе не будет решен на гражданском уровне, полноценного мира не будет; но решиться на этом уровне он может только в том случае, когда оттуда уйдут все те, кто в настоящем примирении не заинтересован — то есть те, кого там «нет».
