Павел Гудимов: Для меня завтра наступает сегодня

Здесь царит атмосфера загадочного спокойствия и творческого хаоса. Здесь все дороги ведут в сад, в котором гармонично сошлись бетон и силы природы. Арт-центр «Я Галерея» располагает к интересной беседе, особенно, если твой собеседник — личность столь многогранная. Куратор, новатор и творец в мире современного искусства, дизайна и архитектуры, музыкант, в прошлом гитарист рок-группы «Океан Эльзы» Павел Гудимов.

В эксклюзивном интервью «Фразе» он рассказал о современном искусстве в Украине, о мечте, путешествиях, духовных ценностях и деньгах, о сером цвете и нейтралитете, а также о том, почему важно поддерживать в себе состояние голода.

Павел, вы сейчас активно занимаетесь современным искусством и архитектурой, курируете много культурных проектов по Украине. Что вас к этому привело?

Наверное, все разгадки увлечений человека кроются в воспоминаниях, эмоциях, в каких-то знаниях, которые заложены были с самого детства. Все началось с очень банальных вещей. В советское время не было книг и альбомов по искусству. Моя бабушка Лидия Александровна выписывала журнал «Огонек» и каждый раз вырезала из журнала репродукцию со статьей.

Это стало хорошей традицией. И к моему рождению у нас дома было много таких папок с репродукциями известных в истории искусства работ со статьями. С самого детства я развязывал их и смотрел, позже начал читать. Мне было очень интересно! Бабушка с дедушкой уделяли мне много внимания, немало рассказывали об искусстве. А когда в 70-80-ые годы уже появились альбомы, дедушка начал покупать их и формировать библиотеку.

Когда вы осознали то, что хотите заниматься современным искусством, что на вас повлияло?

Когда я занялся музыкой, и мы начали активно ездить на гастроли, старался не пропустить ни один из городов, в которых мы бывали. Заходил в магазин и приобретал альбомы про искусство. Мне было чертовски интересно! Я понимал, что, может, в музыке чуть-чуть и разбираюсь, но в искусстве хотелось познать еще больше. Все свое свободное время на гастролях я использовал для изучения истории искусства, его понимания. Меня все это увлекало, и я до сих пор не вижу особой разницы между искусством классического периода и современным искусством. Они для меня являются одним потоком, одним движением, одним направлением.

Именно когда я получил возможность ездить за границу, и случился определенный перелом. Я увидел, кроме традиционных, музеи современного искусства, новаторские музеи, и понял, что безнадежно влюблен в это дело. Причем настолько, что хочу заниматься им сам, создавать проекты в галереях, музеях и арт-центрах. Это желание вылилось в то, что мы сейчас видим.

Вы уже упоминали о своем дедушке. Это правда, что именно он организовал вашу первую выставку, когда вам было пять лет?

Да, это правда. Дед повесил на рукоятку швабры мои довольно странные детские работы. И сейчас, когда я смотрю на них, то понимаю, что уже в тот момент меня увлекал Пикассо с его кубизмом.

Мне тогда было действительно пять лет. Даже осталась фотография, которую сделал дед. Он поставил на штатив фотоаппарат, установил автоматический спуск, сел со мной, посадил на колени, дал в руки всяких игрушек, и мы сфотографировались на фоне моей первой выставки. Этот снимок врезался в мою память. Это уже история. К счастью, я понял, что сам не являюсь художником. Я — куратор, и не занимаюсь ничем иным, кроме как созданием проектов. Это была моя первая и, наверное, последняя персональная выставка. (Смеется)

То есть не будет ошибкой утверждать, что на ваш выбор — на то, чем вы сейчас занимаетесь, — повлиял именно дедушка?

Я не уверен, имеет ли здесь место просто влияние. Я думаю, и генетика также, ведь мой дед — архитектор, а мама — инженер-строитель. Так получилось, что я с детства рос среди архитектурных макетов. А дед был настоящим модернистом: он очень любил современную архитектуру. И так же долго и нудно защищал все свои проекты и изобретения. Ездил в Москву, чтобы получить согласования на строительство. За свою жизнь он построил не много зданий. И, слава Богу, что мой дед был архитектором, потому что это дало мне очень многое.

Поэтому, наверное, я и занимаюсь архитектурой и искусством. Именно он мне показал, что поле архитектуры и искусства не имеет «заборов». Они едины. Вообще все поле культуры не разделено. Культура — это глобальное слово, она распространяется на все понятия. У меня есть мечта, о которой я часто говорю, — это культурная Украина. Я хочу жить в стране с высоким уровнем современной культуры.

Какие идеи, по вашему мнению, несет эта культура?

Я для себя также пытался ответить на этот вопрос. Каждая институция имеет свой формат. Арт-центр «Я Галерея» существует в Украине больше пяти лет. Казалось бы, не так уж и много — 5 лет, но уже столько всего сделано! Я эти 5 лет за 10 считаю, а то и за 15. Мы показываем интеллектуальное современное искусство. Оно может приобретать различные формы: от формы наива-примитива до формы стилизации классического искусства. Так или иначе, это искусство связано с высоким уровнем исполнения, с очень важной тематической составляющей, интеллектуальной составляющей.

Я преследую важную цель: искусство, которое показываю и пропагандирую, должно быть интернационально понятным. Мы несем идею «глокальности», то есть говорим о локальном для глобальной аудитории.

Вам приходилось сталкиваться с непониманием людьми того, что вы делаете? Как часто?

Не часто. Между пониманием и непониманием очень тонкая грань. Иногда достаточно нескольких фраз, чтобы человек понял. И я никогда не ленюсь произносить их.

Если человек хочет получить информацию, не общаясь ни с кем, он может это прочитать. Мы много работаем и в Интернете, и над сопроводительными текстами. У нас сумасшедшее количество посещений не только на сайте, но и нашей страничке в Facebook.

Мне часто пишут из американских и европейских университетов о том, что по нашему сайту изучают современное искусство Украины. У нас есть английская версия, которая постоянно обновляется. Это не просто интересно, это — необходимо. Многие институции вообще не обращают на это внимание.

Каждая выставка арт-центра «Я Галерея» сопровождается съемкой экспозиции, разъясняющей статьей. Это очень большая работа. Не просто популяризация, а и создание архива, важного для современности и для будущего.

Создавать что-то новое, не повторяясь и не превращая творчество в обыденность — задача не из легких. Как боретесь с творческим кризисом? Где черпаете вдохновение и новые идеи?

Классный вопрос! Я изначально занял хитрую позицию, так как занимаюсь архитектурой, искусством как куратор и организатор, и музыкой. И когда я чувствую кризис, например, в музыке, переключаюсь больше на архитектуру. То есть, чередую любимые занятия. Многие вещи можно косвенно называть творчеством, например, дизайн интерьера: тут есть сроки, обязательства. Но в любом случае возникает вопрос: как прийти к чему-то новому? Ты должен просто менять обстановку. Я уже давно не работаю в офисе, все время нахожусь в движении. Это помогает.

Ты можешь сесть в поезд, и тебя вдруг посетят потрясающие идеи! Ты можешь сесть в самолет, полететь в Париж, в Краков или приехать во Львов. И ты понимаешь, что перемена места влечет разнообразные эмоции и переживания. Путешествия — это учителя человечества. Путешествуя, ты анализируешь, учишься. И то направление, которое выбирает путешественник, дает очень сильное влияние. Хочешь на Восток — восточное направление, которое будет выражаться в мыслях. Каждая территория имеет свои маркеры. Я люблю ездить на Запад.

Павел, вы как-то сказали, что в дизайне предпочитаете минимализм. Это распространяется на всю вашу жизненную философию?

С самого начала основания моей архитектурной мастерской «Я Дизайн» мне больше всего хотелось донести идею о теплом минимализме. Это ближе к скандинавскому стилю: нет нагромождения, нет ощущения тотальной стерильности как в интерьере, так и в архитектуре. Мне нравится чистота, лаконичность, но не стерильность. Ни в коем случае нельзя путать эти понятия.

В арт-центре «Я Галерея» больше всего люблю маленький сад. Он очень живой. Потому что здесь, кроме человека, присутствуют еще другие силы — силы природы. Много творческих людей учатся у природы. Природа — это мудрец, у которого познавать и познавать. Не надо поворачивать реки вспять, нужно оставить их в покое и наслаждаться их созерцанием.

Скажите, вы считаете себя новатором?

В Украине да, я новатор. Многие вещи я делаю впервые. Например, проекты, в которых происходит диалог современного и более давнего, традиционного искусства, такие как «Диалог». Или переплетение классического и современного искусства — проект «Новые старые мастера» — где современные художники выступают в диалоге с классическим искусством.

Меня не покидает состояние эксперимента, новаторства. Я одним из первых заговорил об аскет-дизайне. А сейчас это становится трендом во всем мире. Аскетизм, который не имеет никакого отношения к минимализму, а говорит о чувстве меры, чувстве вкуса.

Что это за мера в вашем представлении?

Мера — это контроль безмерности. Но это не всегда срабатывает. В моей библиотеке нет чувства меры. Мне всегда хочется купить все книжки. Я хожу, жадно смотрю, выбираю книги и понимаю, что нужно себя остановить, потому что могу не довезти...

Что касается многих других вещей, то здесь все подчинено общему ощущению и чувству меры. Я готов довольствоваться малым, но качественным. Я готов довольствоваться небольшим кругом общения, но таким, у которого могу многому научиться.

А ведь многие сейчас занимаются накопительством, причем накопительством тех вещей, которые не интересны. Деньги многие любят в абсолюте...

Вы когда-то сказали: «Делая дело с любовью, ты зарабатываешь правильно, честно и приятно». Что для вас означают деньги?

Конечно, приятно! И я никогда не стыжусь своих денег. Человек, который стыдится денег, задумывает что-то недоброе. Деньги — это просто разменная монета, которую ты можешь использовать как инструмент, который помогает избежать непосредственных товарных отношений. В противном случае нам бы приходилось ходить в магазин с мешком пшеницы, чтобы поменять на пачку мыла.

Но наше состояние нельзя измерять в деньгах. Для меня ценным является искусство. Если пересчитать искусство в деньги — это большое богатство.

Столько посвящено в этом мире деньгам, что порой это может вызвать аллергию даже у тех, у кого их хоть отбавляй. То состояние акульего капитализма, псевдосоциализма, из которого мы пришли — очень ненормальное. Нельзя все измерять деньгами. Необходимо вводить другие системы оценки.

Как насчет того, что художник должен быть голодным?

Это канонический образ! Голодный художник — это творец, который создает гениальные работы. И голод не обязательно должен быть физическим, творец должен быть голодным по своему состоянию. Голод провоцирует инстинкт. Если у тебя нет информации, а ты хочешь ее получить, ты будешь рвать, ты будешь искать, и ты найдешь ее! Если же ты не голодный, то, возможно, ты ничего и не создашь, ничего не сделаешь, ничего не найдешь.

Вы часто «голодаете»?

Я всегда стараюсь поддерживать состояние голода. Да-да, это очень важно для меня!

На вас сегодня серый свитер. В одном из своих интервью вы сказали, что серый — ваш любимый цвет. Не бледновато, как для человека, посвятившего себя искусству?

Серый — удивительно разнообразный цвет. Потому что он может принимать различные оттенки, и это очень тонко, очень интересно! Это один из тех нейтральных цветов, который потрясающе работает с пространством. Например, обратите внимание на этот пол, на эти стены — они якобы серые, но никто не скажет, что они серые, они лишь выглядят как серые в нашем восприятии. А почему? Потому что все меняется. Любая плоскость диктует свои правила.

Если мы говорим о сером цвете, то здесь вам многое может рассказать Игорь Янович. Потрясающий художник, который посвятил серому достаточно много своих проектов. И добился фантастического резонанса с этим цветом в своих работах. Во многом именно он меня научил этому отношению к серому цвету. Небо, которое мы считаем голубым, также бывает серым, ведь есть небесно-серый. Океан также темно-серый. Серый является прекрасной жертвой. Этот цвет отпускает себя в небытие для того, чтобы ярче проявить другие цвета, чтобы быть хорошим фоном для нашей жизни.

Да, метафора серости также существует. Но эта серость совершенно не имеет отношения к богатому спектру серого цвета. Он может иметь теплые тона, он может быть жестоким, холодным. А порой серый цвет похож на антрацит: красивейший, бездонный. Это один из самых удачных архитектурных цветов.

А себя можете ассоциировать с серым?

Я ассоциирую себя с нейтральными цветами. Мне нужен в этом мире нейтралитет.

Зачем?

Чтобы дать возможность другим талантам проявить себя. Здесь амбиции излишни.

Если у вас была бы возможность начать жизнь заново, чему бы ее посвятили?

Думаю, я занимался бы тем же! (Смеется). Важно понимать, что какие-то вещи уже изначально предначертаны для человека. Я родился в хорошее время, когда Советский Союз стал призраком, когда независимая Украина начала крепнуть, когда была новая революция, когда происходили разные потрясения и открытия. Это было очень интересное время, очень интересное! Оно несет историю, это важно.

Я родился вовремя. Родившись бы сейчас, возможно, я бы занимался тем же, но был бы другим.

Павел, что вы больше всего не любите в себе?

Некоторые проявления моего характера. Но не буду вдаваться в детали.

А что больше всего в себе цените?

Я люблю беспокойность, которая сидит во мне. Вот это шило в одном месте, которое позволяет каждый день не лежать дома на диване, а придумывать что-то новое и делать. Мне от этого не скучно с самим собой. У меня нет времени врать себе.

В вашем арт-центре есть выставка с интересным названием «Докрашу завтра». Что для вас означает это «завтра» — любите откладывать то, что можно сделать сегодня?

Завтра начинается уже сегодня. Сегодня с самого утра мы уже делаем завтра. Хотя для многих, быть может, это не так. Но это не важно. Для меня завтра наступает сегодня.

Ваши самые смелые эксперименты в жизни и в творчестве?

Смелый эксперимент — это желание покинуть «Океан Эльзы» и заняться совершенно другим. Я потом понял, что, оказывается, могу и так поступать. Это был смелый поступок.

Вы жалели об этом?

Нет. Я давно этого хотел. И слава Богу, что мои коллеги восприняли это правильно. Конфликтов у нас не было.

Тем не менее, в СМИ много об этом говорили...

Наверное, так надо было. Тогда в нашей стране было слишком мало скандалов...

Кому вы больше всего благодарны в жизни?

Самой жизни очень благодарен! Своей семье, конечно, своему окружению. Они очень многое для меня значат. Они мне дали найти себя.

Чего нам ожидать от неспокойного новатора Павла Гудимова в ближайшем будущем?

Меня посетила прекрасная идея: пригласить в Днепропетровск Алевтину Кахидзе, которая придумала потрясающий перформанс по мотивам ярмарки современного искусства. Я жду этого события с большим нетерпением. Это великолепная задумка, которая с одной стороны убивает арт-рынок, а с другой — возрождает его. Она приглашает художников, устанавливает невысокие цены на их работы и таким образом привлекает всех к искусству. Делает это с большой любовью и отдачей. Она помогает людям влюбляться в искусство.

Ну, а в киевской «Я Галерея» 19 декабря состоится знаковое для меня событие. Мы презентуем новый проект — авторскую книгу Павла Макова. Это будет книга-календарь «Тижневик», где будут указаны только недели абстрактного года. На самой выставке будут представлены 365 работ, развешанных с потолка до пола. Каждая работа будет соответствовать одному дню следующего года.

Как бы вы коротко сформулировали рецепт своего успеха?

Я вообще боюсь слово «успех» и считаю его таким же разрушительным, как и слово «слава»... Успех — это самое статичное понятие, я никогда не испытывал к нему симпатии.

В остальном — я люблю Украину, я люблю то, чем с удовольствием занимаюсь. И это самый главный рецепт — любить то, чем занимаешься. Я желаю этого всем людям. Когда ты каждый день меняешься, ты не находишься в системе рабства — ты находишься в системе удовольствия.