Забытая трагедия добровольцев «Правого сектора»

За годы войны на Донбассе термин «доброволец» оказался настолько избитым и затасканным (прежде всего политиками и теми, кто себя таковым считает), что мы понемногу стали забывать реально героические поступки патриотов-добровольцев в начале конфликта. Причем не всегда такие акции имели практическое военное значение, однако молодежь, прошедшая Майдан, перед лицом российской агрессии и разворачивающейся войны на Донбассе просто жаждала действий.

И первой в этом ряду стоит трагедия четырех киевских «майдановцев», которые самостоятельно поехали в середине апреля 2014 года под Славянск.


Когда российские наемники под командованием полевого командира Гиркина — Стрелкова взяли под контроль Славянск 12 апреля 2014 года, у силовиков наступил некий ступор. Хотя практически сразу же были предприняты меры для создания группировки с целью блокирования и освобождения города, для общественности, которая еще толком не успела отойти от Майдана и захвата Россией Крыма, они были не очевидны.

Поэтому повсюду звучали призывы срочно начать боевые действия. А молодежь, формально входившая в такую неоднородную организацию, как «Правый сектор», решила действовать.

Пятеро киевских активистов — Юрий Дьяковский (1989 г. р., псевдо «Кирпич»), Юрий Поправка (1995 г. р., псевдо «Патриот»), Виталий Ковальчук («Лис»), Иван Макаров («Марк») и Роман Постол («Апостол») из 23-й сотни Самообороны Майдана — решили самостоятельно съездить под Славянск и, по их словам, «своими глазами увидеть, что там происходит».

Итак, 16 апреля группа добралась до Харькова, а потом «...с помощью активистов харьковского Автомайдана, — вспоминал "Лис", —  мы попали на границу с Донецкой областью. До Славянска было около 30 км, это расстояние мы преодолевали пешком. Тогда в нас бурлила кровь патриотов, мы не верили, что, пережив революцию, наша горячо любимая Украина вновь столкнется с кровопролитием».

Зверски убитые в плену активисты Юрий Поправка и Юрий Дьяковский

Стоит сказать, что поехали они не с пустыми руками, понимая, что могут столкнуться с опасностью, прихватили пару обрезов охотничьих ружей и несколько самодельных свето-шумовых гранат.

Так как Донбасс, в принципе, является высокоурбанизированным регионом и местные жители, разгоряченные российской пропагандой, ждали злобных боевиков «Правого сектора», то появление незнакомцев не прошло незамеченным. Уже в с. Адамовка местные жители вызвали из Славянска активистов местной самообороны. Те приехали на такси (белый ВАЗ-2101). В ходе разбирательств неожиданно для всех Юрий Поправка выстрелил в машину, никого не задев. «Лис» вспоминал: «...водитель и пассажиры вышли из машины, стали просить, чтобы мы их не убивали. Эту ситуацию удалось уладить: мы извинились, объяснили, что не хотим никому причинить зла. В итоге нас пятерых водитель отвез и высадил на каком-то перекрестке, сказал, что баррикады совсем близко. Там же недалеко мы нашли заброшенный дом и устроили себе привал».

Около трех часов ночи уже 17 апреля Ковальчук, Поправка и «Апостол» отправились на разведку до ближайшего блокпоста сепаратистов. «Марк» и Дьяковский остались на месте.

Что было дальше, рассказал «Апостол» в интервью одному из украинских изданий в апреле 2014 года: «Оказалось, что нас уже ждали. Увидели нас на расстоянии 300 метров. Я и „Патриот“ были с самодельной гранатой и ружьем (обрезом). На расстоянии 200-250 метров от поста мы услышали, как передергивают затвор автоматического оружия. Мы остановились около небольшого холма.

Россияне из отряда Гиркина, Славянск, весна 2014 г.

Я выглянул из-за него, увидел одного террориста на расстоянии 30 метров. Шепотом сказал „Патриоту“ и „Лису“, что нас заметили и чтобы они были готовы отступить до здания. Через несколько секунд я выглянул второй раз и только чудом увидел, что там был еще и второй террорист, который перебежкой выбежал из кустов. Они передвигались короткими перебежками. Они были на расстоянии до 10 метров. Оба с АК [автомат Калашникова]».

Ковальчук: «...группа вооруженных людей побежала в нашу сторону. "Апостол" кинул в их сторону самодельную свето-шумовую гранату».

«Апостол»: «После этого в нашу сторону начались выстрелы, но издалека (метров 100-200). Стреляли они одиночными, прицельно. По выстрелам мы поняли, что их там как минимум шестеро. Ребята были явно подготовленные. Сначала пустили сигнальную ракету, чтобы нас подсветить. Отступали мы быстро и вместе. Но после одного холма где-то потеряли Юру».

Добежав до места ночевки, ребята забрали двух оставшихся бойцов и оказались перед выбором: что делать дальше?

Ковальчук: «Граната отвлекла нападавших, нам чудом удалось спастись. Но уже тогда понимали, что ввязались в что-то по-настоящему ужасное. Не знали, что с "Патриотом": звонили на его мобильный, но потом телефон перестал отвечать. Мы разругались, в нашей группе случился раскол. Мне, признаюсь, было просто страшно. Я кричал, что нужно идти сдаваться, потом — что нужно немедленно уезжать. В итоге каждый поступил по-своему: „Апостол“ и „Марк“ позвонили в „Правый сектор“, где им сказали двигаться в точку, где нас заберут на машине и привезут обратно в Харьков.

„Кирпич“, у которого, как мне кажется, геройства было больше всех из нас, решил не идти с ними, и сказал, что будет возвращаться по той дороге, по которой мы пришли. Я, руководствуясь эмоциями после ссоры и переживая из-за потери "Патриота", вышел на трассу и стал ловить машину. Меня подобрала пара, я сел в авто, буквально через пару километров нас остановили вооруженные люди, так я, собственно, попал в плен».

«Апостол», фото 2017 г.


Юрий Поправка в ходе боя потерял ориентацию, попытался идти самостоятельно и попал в плен на другом блокпосту, Юрия Дьяковского выследили и захватили в плен позже — около 15:00 17 апреля. Двоим бойцам удалось выбраться и выехать в Харьков.

Попавший в плен Ковальчук вспоминал: «Мне завязали тряпкой и скотчем глаза, связали руки, избили, бросили в машину. После этого завели в здание СБУ и бросили в подвал. Там было очень влажно. Мне запретили говорить, я лежал на чем-то мягком и пыльном. От побоев ужасно болело тело, особенно — лицо, ведь меня били по нему ногой. Но это было только начало.

Спустя какое-то время ко мне в камеру привезли "Кирпича" и "Патриота". Потом нас били, били жестоко. Мне было больно, я позволял себе кричать. "Патриот" тоже мог всхлипнуть, а вот "Кирпич" все еще геройствовал и, несмотря на удары, почти не издавал звуков. Те, кто бил, кричали, что мы фашисты, что мы приехали к ним в дом.

Я же пытался сказать, что это не так, что мы пришли посмотреть, что происходит, а не убивать. Из нас выбивали какое-то признание, в том числе и то, что мы из „Правого сектора“. То время мне казалось вечностью, но били нас, наверное, часов 6–7. „Кирпич“ первым признался, что он из ПС, потом это подтвердил и "Патриот".

Их увели допрашивать в другую комнату в СБУ. Через пару часов ребят вернули. „Патриот“ сказал, что у него проколота щека и что ему пробили ножом ногу. „Кирпичу“ вытащили [плоскогубцами] пару зубов, у него были поломаны ребра. „Патриот“ сообщил, что в комнате, где их допрашивали, лежали тела двоих мужчин, которых забили на смерть. Тогда я смирился с тем, что мы умрем».

Убийца дает интервью журналисту Гордону, май 2020 г.


«Вечером 18 апреля нас вывели и погрузили в машину. Глаза по-прежнему были завязаны. И тут кто-то сказал, чтобы меня вытащили. Чувства были смешанные — я думал, что-либо меня убьют особенно изощренно, либо я останусь жить. Не знаю, что меня тогда спасло. Я верю, что кто-то на небесах услышал мои молитвы. Меня вернули обратно в подвал, но гораздо позже я узнал, что „Патриота“ и „Кирпича“ убили тогда же, 18 апреля».

В тот же день вместе с двумя украинскими патриотами зверски был казнен депутат Горловского горсовета Владимир Рыбак (похищен 17 апреля в Горловке сразу после митинга, где он попытался снять флаг «ДНР» со здания горсовета и вернуть взамен украинский).

Всех троих зверски убили, затем вспороли животы и бросили тела в реку Казенный Торец. Тело Юрия Поправки и Владимира Рыбака было выловлено местными жителями в реке около пгт Райгородок Донецкой области. Как указывалось в сообщении пресс-службы МВД: «...причина смерти обоих погибших — комбинированная травма тела вследствие пыток, с дальнейшим утоплением еще живых бессознательных потерпевших».

Юрий Поправка был похоронен 28 апреля в с. Морозовка Киевской области. Тело Юрия Дьяковского было найдено во все той же речке, но около Славянска 28 апреля. Похоронен 8 мая в родном городе Стрый.

Судьба горловского депутата Владимира Рыбака

20 февраля 2015 года Дьяковский и Поправка были посмертно удостоены звания «Герой Украины», тем же Указом, что и Владимир Рыбак.

Оставшийся в плену Ковальчук был обменян в конце мая. «О том, что меня и еще одного члена ВО „Свобода“ выпускают, я узнал 30 мая. Я понимал: это значит, что нас на кого-то обменяли, но особо не расспрашивал. Мне открыли камеру, сказали, мол, собирайся. Из Славянска я приехал в Изюм, оттуда — в Харьков, потом — в Киев».

Так как Поправка и Дьяковский все-таки были с оружием, то есть были комбатантами, их убийство можно расценивать исключительно как казнь пленных, что по всем законам является военным преступлением. Впрочем, увы, это было только первое звено той преступной цепи, которая тянется до сих пор. Мало того, по прошествии шести лет их убийца ныне дает интервью даже украинским (?) журналистам, в которых даже хвастается убийством безоружных.