Эрик Найман: В Германии могут победить националисты. И тогда степень поддержки Украины со стороны Европы ослабнет

Ведущий украинский финансист Эрик Найман отличается объективностью своего видения ситуации в мире, в стране, а также точными прогнозами. О том, как могут сказаться на Украине выборы в США, и что ожидает нашу страну в обозримом будущем, финансист рассказал в интервью «Фразе».

— Каких сюрпризов можно ожидать в связи со сменой правящей партии и президента в США?

— Трамп разумный человек, он не безумец, в его словах есть вполне рациональные вещи, как, например, снижение налогов. Но банкиров, политиков, финансистов, инвесторов сейчас интересует три основных момента. Первый — это что же все-таки Трамп будет делать с налогами, бюджетом и госдолгом. Это некая финансовая триада, потому что снижение налогов без снижения госрасходов вызовет мгновенный рост дефицита бюджета.

Аналитики Moody уже подсчитали, что если воплотить озвученные мечты Д. Трампа в жизнь, то дефицит бюджета уже спустя 4 года достигнет 10% ВВП. Это гигантский дефицит, и, понятно, он будет угрожать дефолтом США. То есть, все замерли в ожидании и наблюдают, приведет ли налогово-бюджетная политика Трампа к дефолту США или нет. Но многие уже сейчас с расчётом на рост инфляции очень активно на внутреннем рынке продают американские гособлигации.

Второй элемент — протекционизм. То есть, какой будет внешняя политика США, и в первую очередь по отношению к Китаю, потому что именно эта страна в своем экспорте очень сильно зависит от США, получает из США очень много долларов. Потому любой протекционизм США по отношению к Китаю автоматически уменьшит экспортный поток из Китая, уменьшит валютные поступления в Китай. А если учесть огромные долги, которые сегодня набраны в Китае, можно констатировать факт, что их экономика сейчас пребывает в крайне напряженном состоянии. Потому любая торговая война между США и Китаем приведет к глубокому экономическому кризису. Ведь дальше события будут развиваться по принципу домино — вслед за Китаем «посыпется» рынок Юго-восточной Азии, затем России, Европы и, в конечном итоге, США.

И третий элемент — это чисто геополитические вопросы, потому что с одной стороны Трамп говорит, что Америка должна сократить свое военное вмешательство в дела третьих стран, но с другой — он не собирается сокращать оборонный бюджет, и даже наоборот, планирует его увеличить!

Также важен вопрос, кого Трамп назначит Госсекретарем (должность, аналогичная нашему МИДу), кого назначит министром обороны, главой казначейства. То есть, сейчас инвесторы, банкиры, политики ищут ответы на эти три ключевые вопроса через те персоналии, которые войдут в администрацию президента США.

— Как политика республиканцев в целом отразится на Украине? На нашем конфликте с Россией?

— Республиканцы традиционно занимали очень жёсткую, резкую позицию по отношению к России. Для них это всегда была империя зла, поэтому очень мягкая, безвольная политика Обамы отныне может резко контрастировать с гораздо более жёсткой позицией новой республиканской администрации. Я не могу сейчас сказать, мол, все, США перестанут помогать Украине. Я думаю, что через некоторое время придет некоторое отрезвление, и в первую очередь в российском политикуме, когда поймут, что Трамп на самом деле не большой друг, а прагматик, и он будет смотреть на то, что выгодно и хорошо Америке. И если Америке будет выгодно падение России или экономические проблемы в России, то Трамп, как бы он ни восхищался лично Путиным, будет в первую очередь преследовать интересы США, а не России. Это, наверное, самая главная проблема, общая для всех развивающихся стран, в том числе и Украины, все мы окажемся в одной лодке с другими такими же недоразвитыми странами.

— То есть, Трамп в случае выгоды может даже задействовать некие инструменты, чтобы расшатать ситуацию в России?

— Я думаю, что американская политика системна. Она давно стоит на рельсах по уменьшению роли России в мировой геополитике, и этот тренд, на мой взгляд, Трамп не изменит. Даже если он захочет это поменять. Потому что, будем откровенны, он не силен в мировой геополитике. Ему могут сказать, мол, занимайся внутренними проблемами — налогами, медицинской реформой, распечатыванием нефтяных скважин, а геополитикой будут заниматься Конгресс и Сенат, которые чисто республиканские, которые выступают за увеличение поддержки Украины, в том числе военной. Потому что, если вы помните, и Сенат, и Конгресс хотели дать летальное оружие Украине, а Обама — нет. Получается, что наши шансы на самом деле возрастут.

— Продолжая тему внешней политики Украины, расскажите, каким образом отразятся на Украине предстоящие выборы в Германии и Франции?

— Брексит и последовавшая за ним победа Трампа показали, что электорат достаточно необразованный, довольно бедный, он голосует за деглобализацию, за увеличение суверенитета. И это, конечно, должно серьезно насторожить Украину, потому что в Германии могут победить националисты. Совсем не те, конечно, гитлеровские, но именно националисты в их современном понимании. Во Франции может победить Марин Ле Пенн, тоже националистка. И естественно тогда степень поддержки Украины со стороны Европы очень сильно ослабнет, а вероятность снятия санкций с России возрастет. Европа традиционно занимает такую политику, в которой Украина все-таки находится в области геополитического влияния России, и им выгоднее дружить с Россией, ведь в России бизнес, они покупают у них энергоносители, продают туда машины и оборудование, потому европейскому бизнесу не выгодна конфронтация с Россией, они теряют на этом миллиарды долларов ежегодно. А что они зарабатывают в Украине? Ничего. И взвешивая все эти факторы, можно предположить, что деньги в этом случае победят.

— Когда Украину не защитили согласно Будапештскому меморандуму, тогда тоже помешали бизнес-интересы?

— Когда Керри (госсекретарь США Джон Керри — прим. ред.) приезжал в Украину, ему задали вопрос, почему США «кинули» Украину. На что он ответил: «Вот таким было наше решение». Они решили, что это угроза Третьей мировой войны, потому решили действовать мягкой, а не жесткой силой. Тем более, что это была Администрация Президента Обамы. Возможно при Трампе, Клинтон или ком-либо другом ответ американцев был бы жестким, но при Обаме они решили действовать на Россию с помощью уговоров.