На пути к демократии без «бабла» и «ботвы»

Если мы отвлечемся от скандальности (и — впервые в истории страны, по сути, незавершенности!) кампании-2012, и посмотрим на ее технологическую сторону, то увидим, как изменилось общество и его мотивации, и на чем следует выстраивать политические кампании ближнего и дальнего будущего.

Прежде всего, следует отметить, что с выборами 2006 и 2007 гг. кампанию этого года сравнивать некорректно. Те гонки проводились исключительно по пропорциональной системе, с 3%-ным барьером, правила разрешали блоки, а комиссии формировались преимущественно парламентскими партиями.

Поэтому рационально сопоставить «минувшие-текущие» выборы с гонкой-2002. Кстати, для автора она была первой полноценной кампанией (хотя сначала попробовал я свои силы в пропаганде на кандидате, набравшем в 1999 году пятый результат).

В 2002-м, признаюсь, я первую половину кампании работал на мажоритарщика от «Нашей Украины», а вторую половину, что называется, «За ЕдУ» — по национальному округу.

Так что, в случае чего, считайте меня правоцентристом.

Но сначала — отличия этих сражений.

Десять лет назад были разрешены блоки, и все серьезные блоки прошли — «Наша Украина», «За Единую Украину» и «Блок Юлии Тимошенко». Комиссии формировались менее бредовым способом, карта округов была совсем другой, проходной барьер стоял на трех процентах.

Теперь блоки запрещены, значит на чужом горбу в рай не въедешь. Вспомним, что в 2002 г. ни за какие коврижки не попали бы в парламент УСДП, семейство партий вокруг Ющенко (впоследствии, он сам признал, что нашел их «на помойке»), Партия промышленников и предпринимателей, НДП. Можно было говорить лишь о шансах Партии регионов (за счет Донбасса), аграриев (ныне «народников» Литвина), и традиционных руховцев.

Карта округов ныне сместилась от принципа «один район — один округ» к принципу волюнтаристски-иерархическому, центр округа может находиться в крупнейшем из двух-трех райцентров, а сам округ может быть вытянут или сжат, захватывая части центра областного. Понятно, что действующая власть кроила округа в своих электоральных интересах.

Любопытно, что это не наше изобретение, а американское — так называемый «джерримендеринг», система, предложенная губернатором Массачусетса Элбриджем Томасом Джерри (затем, кстати, пятый вице-президент США), позволяющая манипулировать количеством избирателей в пределах одного региона. Википедия сообщает: «Термин возник в 1812 году, когда карикатурист изобразил один из таких избирательных округов штата Массачусетс в виде саламандры, а издатель газеты назвал этот рисунок „Gerrymander“ по фамилии губернатора штата Э. Джерри, изобретателя системы, впервые успешно применившего её. С помощью манипуляций над границами округов губернатор Джерри добился того, что на выборах в Сенат его Демократическо-республиканская партия получила 29 мест из 40, а партия федералистов — лишь 11 мест из 40. Этот результат был достигнут несмотря на то, что противники губернатора — федералисты — получили большинство голосов...»

Но, я думаю, Пол Манафорт нашим регионалам ничего не подсказывал — дошли своим умом, сколько уж выборов позади.

Наконец, сомнительное нововведение состоит в том, что все партии, зарегистрировавшие список (это еще куда ни шло), либо кандидата в одном из 225 округов, получили право быть представленными во всех окружных и участковых комиссиях. Зачем это было сделано, понятно — использование юрлиц-«пустышек» для искусственного наращивания своего представительства в комиссиях.

Ведь настоящих партий в украинском спектре до вступления в действие этого закона оставалось всего 11: это Партия регионов, «Батькивщина», Компартия, Народная партия, находящаяся в состоянии полураспада «Наша Украина», Соцпартия и ПСПУ, да успешно попробовавшие свои силы на местных выборах 2010 года «Фронт перемен», «Сильная Украина», «УДАР» и «Свобода».

К моменту выборов-2012 «Фронт перемен» слился (или влился?) с «Батькивщиной», а «Сильная Украина» бессильно и бесславно прислонилась к Партии регионов, увязнув в ней навсегда, как Тигипко во французском бетоне.

Никакой заметной партийной структуры не было у эфемерной «Украина — вперед!», а «Наша Украина» и Соцпартия оказались настолько непопулярны, что впервые за несколько циклов провалил округ пивной магнат Слободян (кстати, не свою политическую «вотчину» — столичную Оболонь, однако почему же он там, на Оболони, не избирался?), не говоря уже о Морозе.

Впрочем, проскользнули в Раду Николай Рудьковский и поддержанный СПУ А. Пономарев.

Народная партия отказалась от выдвижения списка и договорилась с ПР, просунув сквозь ее список троицу «народников» и добавив к ним победу в двух округах, одну легкую (Литвин), вторую — трудную (Гриневецкий).

Поэтому фактически партий в стране осталось пять (и, заметим, все они в Раде).

При этом члены комиссий от партий-фантомов получали зарплату из кармана налогоплательщиков. Победить в 2012-м оказалось труднее, чем в 2002-м, выросло прогнозируемое количество голосов, необходимых для победы (так, на округе, который является моим родным — в 2-2,5 раза!).

Далее, несмотря на успех 43 самовыдвиженцев (правда, пока не факт, что все они станут депутатами), никого этот механизм не обманул. За редким исключением все эти «независимые» имеют четкую привязку к партийному бренду, избиратель часто рассуждал «от противного», так что охотник из считалочки для юных художников всегда знал, в каких партийных кустах обретается данный фазан.

Огромные бюджеты, постановочные перепалки и потасовки на телевизионных площадках, игра на поле «молодой, свежий, независимый, против всех» — эта парадигма уходит в прошлое. Значимо выросла роль политических партий, встреч с избирателями, содержательности программных предложений и Интернета.

Комментарий в сторону: Партия регионов, продавив через КС отмену редакции-2006 и стремясь тем самым ослабить институциональную роль партий, как парламентских фракций, в другом месте — избирательным законом — наступила на свой хвост и выглядит теперь как перевернувшийся диплодок, бессмысленно перебирающий в воздухе лапками.

Ведь роль партий усилилась в другом сегменте политического процесса — кампании. Если даже к следующим выборам нынешний закон останется в силе — мало кто рискнет «самовыдвигаться», чтобы попасть под трамбование кувалдами партийных избирательных машин. А вот в вотчинах Партии регионов, с учетом тенденции потери ею голосов и снижения явки, может сложиться проблема: ведь ясно, что тот же Богуслаев победил бы в своем округе и без «синего бренда» как патриархальный промышленный руководитель, в то же время русский националист Марков переиграл партийного выдвиженца от ПР Алексея Гончаренко, несмотря на громкий медийный скандал.

Подобие же двух кампаний в их последствиях: моральная победа оппозиции и сокращение цикла в два-два с половиной раза — такой парламент Кучма получил посредине второго срока, и именно такой парламент создал условия для организации Майдана.

Какие выводы можно сделать?

Первый: только огромные деньги и всесокрушающий «админресурс» при отсутствии заметных оппонентов способны протолкнуть кандидата-«пустышку» в парламент, но эта «лафа» сильно сократилась в 2012 году, а вскоре такой технологический тандем почти исчезнет.

Второй: падает потенциал «варягов», несколько таких побед оказались трудными даже в тепличных условиях.

Третий: партия — это рука миллионнопалая, как писал классик, причем уже в прямом смысле слова, ведь в новой Раде нет партийных фракций, за которыми меньше миллиона голосов, а 407 из 450 новых депутатов — «партейные».

Четвертый: если вас нет в «Гугле», — вас просто нет, и это обстоятельство действует на территориях, где проживает 68,7% граждан, — в городах.

Пятый: на подходе время профессиональной политики, скоморохов и кабацких исполнителей сменяют ораторы, менеджеры, юристы, экономисты и журналисты, как и должно, собственно, быть. А вот крепкие хозяйственники уже прочно погружаются в деготь моря политических трупов.

И шестой вывод: несмотря на уже произошедшую базовую структуризацию партийной системы на национал-популистов («Свобода»), неолиберальных консерваторов (ПР), реакционных популистов (КПУ), буржуазных национал-либералов («Батькивщина») и пока довольно абстрактных еврофилов (УДАР), некоторые ниши остаются незаполненными.

Это ниша для русских национал-популистов (пока в ней происходит грызня политбактерий — «Родины», «Русского блока», «Русского единства» и т.п.).

Это ниша для адекватных социал-демократов с уклоном в русскую либеральную традицию (аналог латвийского «Центра согласия»).
Это ниша для ориентирующейся на буржуазную молодежь либеральной партии, и ниша для национал-модернизаторов на манер японской, турецкой, индийской политической традиции.

Нынешний парламентский цикл в силу конфликтности 7 созыва и того обстоятельства, что президентский срок Виктора Януковича уже пересек экватор, может оказаться кратким, и реализовывать новые политико-партийные стратегии следует начинать уже сегодня.